Христос Воскресе! Приветствуем вас на сайте, посвященном Воскресению из мертвых преподобного Серафима Саровского

Возвесели, Господи, души истомленные, да скорби и печали забвению предадят

БЛАГОВЕСТИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ СЕРАФИМА САРОВСКОГО

СОДЕРЖАНИЕ Слово 2.

ВЕЛИКАЯ ДИВЕЕВСКАЯ ТАЙНА И МОЯ ЛИЧНАЯ СУДЬБА

Братья и сестры!

П

По воле Божией самое значительное участие в моей жизни оказали благословения замечательного старца современности - архимандрита отца Петра Кучера, живущего сегодня на покое в Свято-Боголюбском монастыре. По его благословению я женился и стал церковным строителем, по его благословению переехал в Дивеево и стал священником, и по его же благословению стал исполнять волю преподобного Серафима Саровского. И вот как это произошло.

В главе «Переход» из книги об отце Владимире Шикине «Пасхальная память» говорится о некоем рабочем Серафимо-Дивеевского монастыря Викторе, передавшем условия исцеления отца Владимира, которые так и не были исполнены, и тот умер. Этим рабочим был я, многогрешный, а дело обстояло следующим образом.

Рано утром 8-го февраля 2000 года по дороге в монастырь я неожиданно услышал уже знакомый мне «священнотайный», по свидетельству Николая Александровича Мотовилова, голос преподобного Серафима: «Отец Владимир Шикин смертельно болен...». Я не слышал об этом до сего дня, поэтому начал усиленно молиться о его выздоровлении. Минут через 10 батюшка Серафим снова произнес: «Отец Владимир Шикин смертельно болен, но ему возможно и исцелеть, если ту икону Царя-Мученика, которая уже побывала в доме у Шикиных, снова привезти в Дивеево и принять её как подобает Царю, Которого так в своё время и принимали в Серафимо-Дивеевском монастыре в 1903 году. И если перед этой иконой будет отслужен всенародный молебен об исцелении одного единственного человека - отца Владимира Шикина, то он исцелеет и не только он, но и многие из собравшихся на молебне».

Зная по опыту, что это скорее всего окончится ничем, я сказал, что не буду этого делать, но батюшка Серафим добавил: «Если не передашь Моих слов, то будешь повинен в смерти отца Владимира, а если передашь, но они не исполнят, за его смерть они и ответят», на что я и ответил согласием.

Но сперва я посоветовался об этом с единомышленным мне братом Андреем В., и он сказал, что надо идти к Шикиным. Поэтому на следующий день мы уже были у них, где я всё вышесказанное передал матушке Ирине.

Сразу после нашего ухода она позвонила какому-то знакомому старцу и тот сказал, что это не прелесть. Прелестью не признал это откровение и архимандрит Кирилл Павлов. Но все наши совместные усилия по исполнению воли Батюшки Серафима окончились ничем – на нашем пути встал противник прославления царя Николая митрополит Нижегородский и Арзамасский Николай Кутепов, который впоследствии на основании слов Преподобного Серафима, и умер, оказавшись виновным в смерти отца Владимира. По благословению отца Кирилла, Шикины сами поехали к иконе в Москву, но состоявшийся там молебен, хотя и был отмечен обильным мироточением, так и не привёл к ожидаемому результату, и отец Владимир Шикин умер.

В 10 часов утра 23 марта 2000 года в день своей смерти отец Владимир явился мне и сообщил о том, что умер, но чтобы я не скорбел и не переживал, а после всё узнаю. Тем не менее, столкнувшись с фактом его смерти, я сильно расстроился и, бросив работу, ушёл домой. Но сколько бы ни пытался скорбеть и унывать, у меня, ровным счетом, ничего не получилось!

После похорон мы снова встретились с тем же братом. «Ну что: прелесть? - сказал он – И что же ты после всего этого собираешься делать?» Подумав немного, я сказал: «Андрей, вот матушка игумения Сергия, согласно словам батюшки Серафима, является Наместницей Божией Матери на Земле. Давай, я подойду к ней и попрошу назначить мне третейского судью – кого-нибудь из трех известных старцев: отца Николая Гурьянова, отца Иеронима (Верендякина) или отца Петра (Кучера), и поеду к нему и приму любой вердикт, который он вынесет». Брат Андрей согласился, и мы ударили по рукам.

Через пару дней мои монастырские начальницы, с которыми я также поговорил об этом, сами подвели меня к матушке игумении Сергии. Она выслушала меня и направила к старцу схиигумену Иерониму, который в тот день был в Дивеево. Но когда я подошёл к гостинице, оказалось, что он уже с полчаса как уехал.

Поскольку эта встреча не состоялась, я успокоился и пошёл на работу, но по дороге снова столкнулся с матушкой игуменией, которую сопровождало необычно большое число сестёр. «Ну что, - спросила она, - видел батюшку Иеронима?». «Нет, - ответил я, - он уже уехал». «Тогда я благословляю тебя ехать в Боголюбово к отцу Петру» - неожиданно сказала она. От удивления я громко вслух всех переспросил: «Вы что, благословляете меня ехать в Боголюбово, к отцу Петру?». «Да, - ответила она, – я благословляю тебя ехать к отцу Петру!». И перекрестила меня своим наперсным Крестом. А затем попросила тут же рядом с ней находивщихся двух боголюбских сестёр взять меня с собой и довезти до отца Петра Кучера. Мы договорились с ними о месте завтрашней встречи, и я отправился домой готовиться к поездке.

Утром же, проходя мимо южного входа в Троицкий храм, я неожиданно столкнулся с возникшим из небытия и сияющим улыбкой и здоровьем отцом Владимиром Шикиным, одетым в монашеские одеяния и с Крестом в руках.

«Поезжай, - радостно произнёс он, - и увидишь, что будет!» и перекрестил меня этим Крестом, после чего исчез. Эта фраза была очень хорошо знакома мне и приводила всегда к очень необычным результатам! Но результат того, двойного, благословения действует и по сей день, наполняясь все новым и новым содержанием!

Сев в машину к сёстрам, мы разговорились, и я узнал, что они собирались везти совсем другого человека, а около матушки Сергии оказались случайно, и вся эта поездка, по их мнению, была явно управлена свыше, и что в Дивеево они были как раз у матушки Ирины Шикиной. По приезде в Боголюбово, они сами рассказали обо мне отцу Петру и он сам вызвал меня к себе. Я рассказал ему о цели своей поездки, обо всём, что было со мной в Дивеево и задал ему самый главный для меня на тот момент вопрос в жизни:

«Имею ли я право не слушаться святого, который являясь мне, читает Иисусову молитву и все вещания которого подтверждаются являющейся мне следом Божией Матерью, именующей Себя: «Аз есмь Пресвятая Владычица ваша Богородица и Приснодева Мария»

Отец Пётр внимательно выслушал меня и попросил ещё дважды повторить свой рассказ в присутствии своих ближних, а затем попросил дать ему на ответ три месяца, после чего я возвратился в Дивеево.

Следующая встреча с отцом Петром Кучером состоялась поздно вечером 2-го июля 2000 года. В ответ на заданный мной вопрос о результате, отец Пётр сказал, что он не находит во мне никакой прелести и благословляет исполнить волю преподобного Серафима о моем рукоположении в священники.

На священство, кроме батюшки Серафима и отца Петра Кучера, я был благословлён также моим духовным отцом протоиереем Владимиром Чепрасовым, митрофорным протоиереем отцом Николаем Сальчуком из Воронежа и владыкой Никоном (Васиным), тогда ещё епископом Задонским.

 

А вот как произошло моё самое первое появление в Дивеево. В мае 1994 года меня посетила мысль, что неплохо было бы совершить паломническую поездку по святым местам: Москва, Троице-Сергиева Лавра и Дивеево. Но поскольку, я тогда ещё не мог чётко отделить действий Божиих от действий лукавого, то решил спросить совета у опытного священника отца Николая Сальчука из Никольской Церкви города Воронежа. Он всегда был для меня не просто хорошим священником, а самым настоящим старцем, к которому я посылал знакомых, ищущих старческого совета и утешения. И вот именно к нему я и решил обратиться в день его Ангела на майский праздник Святителя Николая. Людей в этот день в Никольском храме было полно, но, к моему удивлению, я, довольно-таки, быстро попал на исповедь к батюшке Николаю и задал ему вопрос о поездке. В ответ он неожиданно произнёс: «Поезжай и увидишь, что будет!» и крепко запечатал меня взятым с аналоя Крестом!

С этим необычным благословением мы с супругой и находившимся в её утробе будущим младенцем Алексием стали готовиться к предстоящей поездке. Узнали адреса московских храмов со святынями, мощами и чудотворными иконами, путь до Троице-Сергиевой Лавры и Дивеева, и приурочили нашу поездку к началу июня с тем, чтобы побывать в Москве на праздновании иконы Божией Матери Владимирской и Святителя Алексия Митрополита Московского, а завершить ее после празднования Вознесения Господня в Дивеево.

С самого начала паломнической поездки «зелёный свет» благословения вспыхнул на всех наших путях и перепутьях и сопровождал нас до самого конца ее. Уже в Москве маленькие и большие чудеса начали окружать нас, а далее всё стало напоминать обыкновенную сказку!

Вот мы в ранней электричке, идущей до города Сергиева Посада. Я сижу с краю скамейки, а мой младший брат москвич Иван и моя супруга сидят напротив друг друга у окна вагона. В электричках тех времён были выбитые стёкла, присутствовали они и в нашем вагоне. Я сижу и готовлюсь к встрече с Лаврой, а Иван и Елена общаются друг с другом на мирские темы об общих знакомых. Но вдруг в вагоне электрички запахло дымом и ладаном, как будто кто-то явным образом начал кадить на нас со всех сторон! Оторопев, я спросил жену и брата, чувствуют ли они этот запах, на что они разом ответили: «Да!». Но тут же Иван добавил: «Это, наверное, с улицы, в разбитые окна». Я предложил ему пойти и проверить, так ли это, но дойдя до разбитого окна, он сказал: «Нет, с улицы не пахнет!». После чего мирские разговоры прекратились, и мы стали готовиться к встрече с Лаврой.

Перрон Сергиева Посада встретил нас несказанным благоуханием, притом такой концентрации, как будто неподалеку от нас разлили целую цистерну с духами. На что Иван заметил: «Это французские духи!», в смысле того, что этот запах идёт от кого-то из пассажиров, очень сильно надушенного ими. Но вот мы дошли до конца платформы и перед нами было уже безлюдное пространство, и ветер оттуда нёс нам в лицо это самое удивительное благоухание! Но это было только начало!

При входе в первые ворота Троице-Сергиевой Лавры новое, ещё незнакомое нам, благоухание вновь охватило нас, на что мой брат произнёс: «Это установки для запаха!». Я предложил ему вернуться и проверить повториться ли оно? Он возвратился, а благоухание уже исчезло!

Однако, при входе во вторые ворота ситуация повторилась, с той лишь разницей, что благоухание было иным, но, как и всё небесное, без аналогов на Земле, то есть, если это ладан, то без запаха дыма, а если духи, то без запаха спирта.

Но Иван, тем не менее, по-прежнему, засомневался в этой невероятной для обычного человека истории и снова вернулся назад для проверки. Благоухание исчезло и более не возникало! А дальше, мы, вообще, попали в пречудную сказку, в которой благоухали все посещенные нами помещения и храмы Лавры, и нигде это благоухание не повторилось! Мне показалось, что работникам местных свечных ящиков можно было бы самим платить хорошие деньги за то, чтобы все дни пребывать в этом несказанном благоухании! И не знал я тогда, что это чувствовали только мы одни, и во все последующие поездки в Троице-Сергиеву Лавру мы ни разу не столкнемся ни с чем подобным! Иван же в тот день впервые в жизни поисповедовался и причастился, и с того самого дня началось его полное воцерковление.

Мне же лично Господь даровал в тот день почувствовать то, что испытывали в момент своего подвига христианские мученики, исполненные Благодати Пресвятаго Духа. Эта Благодать в какой-то момент Литургии в Успенском соборе неожиданно переполнила все мое существо и всё стало иным – мне стало вдруг смешно и не страшно, что сейчас вот меня могут изрубить на куски или уничтожить ещё каким-либо другим способом. Ни страха, ни ужаса и ничего подобного не было даже близко, возможные мучители казались обычными тряпичными волками, а их угрозы не более чем угрозами трёхлетних детей и мне хотелось с любовью подставить им под удары их сабель свои руки и шею. Было совершенно очевидно, что жизнь со смертью тела не заканчивается и, более того, не прервётся даже и на мгновение. Любовь ко всем, в том числе, и к возможным мучителям переполняла меня, даруя дерзновение и безстрашие.

Это посещение благодати Духа Святого в момент Литургии в Успенском храме Лавры очень хорошо запомнилось мне во всех своих подробностях, и дало знать, что напоенные именно этой Благодатью дети Святых Мучеников с великой радостью прыгали в огонь к своим родителям и смех их был смехом ангельским.

Чудеса встречали нас везде, в том числе, и у раки с мощами преподобного Сергия, и он запомнился мне как очень строгий и требовательный Святой, перед которым нам было очень стыдно за свою прошлую жизнь, отчего мы с Еленой зарыдали во весь голос. Но он же, даровавший нам это покаяние, и встретил нас всеми теми чудесами, которые произошли с нами в его Лавре.

А далее он передал эстафету Преподобному Серафиму, к которому мы направились на следующий день.

В Дивеево уже не было таких явных и непрестанных чудес, которыми нас порадовал Игумен Земли Русской, однако с самого первого шага по Дивеевской земле нас окружило очень тихое и неотмирное чувство, что мы находимся там, где и положено нам быть, в родных местах среди своих. А главным из чудес было первое мое столкновение со «священнотайным» голосом Преподобного Серафима, который, в ответ на мою продолжительную молитву у его иконы в Троицком соборе, чётко и раздельно произнёс в помысле: «Молчать, смиряться и трудиться!», а потом ещё раз и ещё раз повторил эти три слова, на что я только и смог ответить: «Слушаюсь, батюшка!».

Было и еще одно необыкновенное видение, оказавшее на меня неизгладимое впечатление. По дороге на автостанцию я оглянулся назад и увидел вдруг, что нас вышли провожать сотни Дивеевских Святых, и небесная радость по этому поводу осветила каждую клеточку моего тела и даровала надежду на то, что возможно в отдалённом будущем и мы, грешные, увидимся с Ними в пакибытии.

Многое, ещё более удивительное, ожидало нас впереди, но тогда я даже и не смел предположить о том, что в скором времени мы переедем в Дивеево. Хотя помнил те чувства, которые испытал при посещении Дивеева, и слова, которые произнесла супруга, сходя на дивеевскую землю: «Я хочу здесь жить!». Что в итоге и исполнилось.

Много чудес произошло с нами в том далёком 1994 году, но опишу еще только одно. Воцерковившись, мы стали - как и все новоначальные, ревностно исполнять всё, что только можно было исполнить и стали заказывать множество водосвятных молебнов самым различным святым о рождении нашего первенца. Каждое воскресенье служили молебны 4-5 святым, и однажды дошёл черёд и до молебна преподобному Серафиму Саровскому.

И вот, в один из моментов этого молебна, прямо на моих глазах батюшка Серафим возник из воздуха и, сделав три шага по направлению к Елене - осенил ей живот Крестным Знамением, после чего исчез! От неожиданности я сделал шаг в сторону и чуть не вскрикнул: «Батюшка Серафим!», но удержался и промолчал, рассказав супруге о случившемся только после того, как мы вышли из храма. Это благословение будущего, ещё не родившегося маленького жителя Дивеева - было одним из знамений предстоящего переезда нашей семьи в Дивеево.

 

Но вот подошло лето 1996 года и приблизился летний праздник Преподобного Серафима, всегда отмеченный каким-либо знамением. За неделю до него, после работы, я выглянул в окно и увидел вставшую над городом Воронежом красивейшую полноцветную двойную радугу, продержавшуюся в сухом и безоблачном небе города около часа. Но ещё более удивительным было видеть под ней, кружащихся на удалении друг от друга - три стаи белых голубей! Полные, фломастерного цвета (тринадцати и семи цветов!) радуги и переливающиеся всеми оттенками белого цвета под ними стаи белоснежных голубей, которых я ни до того, ни после больше никогда не видел – это было очень впечатляюще! Чувство, рождённое этим знамением, говорило о том, что Воскресение из мёртвых Преподобного Серафима приблизилось и стоит на пороге! Елена несколько раз предлагала перестать смотреть на эту радугу: «Ну, сколько можно?!», но я не мог отвернуть от неё глаза и всё запечатлевал и запечатлевал её своими глазами! Мне казалось, что батюшка Серафим воскреснет буквально в следующем году!

1 августа был четверг и чтобы не прерывать восстановления нашего Тихвинского храма, я решил в этот день поработать, а память Преподобного Серафима отпраздновать на следующий день вместе со Святым Пророком Илией, отстояв вечерню и утреню батюшке Серафиму в среду вечером в Свято-Акатовом монастыре города Воронежа. Литургия 2-го августа шла как обычно, но в середине её сильнейшая Благодать Божия вдруг охватила меня, и голос внутри произнёс: «Время, время, время! Время ехать в Дивеево, время восстанавливать храм Умиления, время воскресать из мёртвых Преподобному Серафиму!», на что я ответил классически: «Спрошу об этом духовного отца». Но голос произнес: «Не отца, а старца, твоего духовного отца там никто не знает!», с чем я согласился, после чего всё закончилось. Но осталось удивительное чувство, что всё это, произошедшее со мной, было естественным и всё так и должно было быть.

На следующий день мы с супругой были дома, на родине, и я, собирая у реки ежевику, получил спокойные и тихие мысленные просвещения насчёт вчерашнего события. «Невидимый посетитель», совершенно не мешая моей молитве, объяснил мне всё насчёт предстоящего переезда в Дивеево. Получалось так, что мне нужно было ехать к отцу Петру Кучеру в Задонск и, рассказав ему о случившемся, получить от него благословение на переезд, а затем благословение духовного отца и переезжать вместе с семьёй в Дивеево. А получив там жильё, начать трудиться по восстановлению храма Умиления, и по окончанию этого - встретить Воскресшего из мёртвых Преподобного Серафима Саровского. В тот же день рассказал обо всем этом супруге и она согласилась на переезд, но только попросила, чтобы я поехал в Задонск как можно быстрее, чтобы не было неопределённости.

Мои поездки в Задонск и Землянск (к своему духовному отцу) оказались волнительными, но явно управленными, и после них, как всегда, открылся «зелёный свет» и мы оказались в Дивеево в одном из домов деревни Осиновка, где увидели столько чудес, что для описания их понадобится целая отдельная книга. Добавлю лишь, что предварительное благословение на переезд в Дивеево от матушки игумении Сергии я получил в результате поездки в Серафимо-Дивеевский женский монастырь на Покров Божией Матери, после того как передал ей, что отец Пётр Кучер благословил меня переезжать в Дивеево восстанавливать храм Умиления.



СКАЧАТЬ основные материалы сайта «Великая Дивеевская Тайна - Пасха Святой Руси»

Преподобне отче Серафиме, моли Бога о нас!

При полной или частичной перепечатке материалов сайта следует указать источник

Воскрешающая Русь Торжество Самодержавия Самодержавная Хранительница Богоматерь Русского Царства Великого


ЧЕМ ТЫ ДОСАДИЛ ДЕМОНАМ СЕГОДНЯ?
ДЕМОНЫ ДОЛЖНЫ ПЛАКАТЬ!
ИСПОВЕДУЙСЯ, ПРИЧАЩАЙСЯ, МЕНЯЙСЯ



Яндекс.Метрика