Христос Воскресе! Приветствуем вас на сайте, посвященном Воскресению из мертвых преподобного Серафима Саровского

БИБЛИОТЕКА

Мытарства Александра, бывшего "эмо". Видел ад и рай (2016)

 

Таймер с 18:30 до 36:39: Страх перед смертью

Меня начали настраивать на то, что я умру. Маленькие шансы, как врачи сказали. С каждым днем я чувствовал себя всё хуже и хуже. Батюшка приходил из храма, причащал меня, исповедовал, по моей просьбе. И я понимал, что всё, конец. Мне сделали три раза химеотерапию, во время последнего сеанса я уже бы никакой, не вставал, не говорил практически. Меня переводят в палату интенсивной терапии. Именно там я сказал такую фразу: "Господи, если Ты действительно есть, то прости меня за всё, что я сделал не так, я раскаялся, но, если Ты действительно есть, - я хочу жить. Просто хочу жить. Даю Тебе обет, слово, если Ты мне дашь шанс выжить в этой болезни, укрепишь меня, исцелишь - это, наверное, самое важное о чём я просил - то я посвящу свою жизнь монашеству. А там уж как будет". И после этих слов через день или два у меня останавливается сердце. Три минуты пятнадцать секунд я был мёртв по меркам земного мира. По меркам того мира, учитывая, сколько всего было дальше, - времени там нет. Я не знал, что я умер, а думал, что сплю. Когда я умирал, вот это было самое страшное. Когда тебя всего сводит.

На самом деле, страх бывает только лишь перед смертью. Это единственное, чего человек боится - умереть. Сам страх возникает потому, что ты понимаешь - сейчас умрешь. Этот страх преодолеть очень сложно, тяжело, ведь ты чувствуешь – это всё. А хочется жить, у тебя и сердце разрывается, но ты понимаешь, что это последние минуты. А потом наступает легкая эйфория, когда ты не можешь разобрать, кто перед тобой стоит. Я видел белых людей, темных людей, светлых людей и врачей, я не мог разобрать, кто из них врач или не врач. Но мне всё было уже без разницы, было так легко. Я без труда отсоединился от кровати, как будто вспарил вверх. И вдруг, только моргнул, и уже вижу себя над собой. Но я не узнал себя. Я только видел, что какой-то мальчик лежит. Я так разглядывал, смотрел на себя сверху. А по бокам всё расплывалось, но я видел врачей, которые тут же все подбежали. Подбежали и начали раскрывать меня всего, разрезали на мне рубашку, укол сделали. Я на это всё смотрел, и было мне всё любопытно, всё разглядывал. Потом - оп, и я уже как будто на стороне стою. Рядом. Но я не видел стен, словно их не было. Может, одну стену я видел, где стоял аппарат для химиотерапии. Видел лампочку. Но по бокам видел только врачей, слышал их разговоры. Я их слышал очень четко, и до сих пор всё помню, что говорили…

Врач вышел к моим родителям, они заранее приехали, видно знали, что уже скоро всё должно произойти.

Снова - оп, и я как будто в коридоре нахожусь. Я видел маму, которая прижалась к папе, и я понял, что они меня всегда искренне любили. Они работали, старались для меня и брата. Мама и папа плакали, она билась, вырывалась из рук отца, и папа её держал, но врач стоял в стороне, не подходил к ней, разговаривая по телефону. Через три минуты врачи отошли от меня в сторону. Сказали – «всё», накрыли. И только они отошли, как у меня забилось сердце. Я не запомнил этот момент, но говорят, что как только они ушли, сердце забилось.

Хочу вам рассказать то, что видел, когда «ушёл» из больницы.

Об Ангеле-Хранителе

Я прошел по больнице, меня никто не замечал, и я подумал, что все заняты. Дошёл по коридору до конца и увидел яркий свет. Моргнул и очутился дома, потом моргнул и очутился в школе, потом моргнул (как будто ежесекундно моргал) и побывал во всех своих местах, где мне нравилось, и в хороших и плохих. Все эти места мне показывались. Я там гулял, но меня там никто не замечал.
После всего этого я резко оказываюсь на большом поле. Чистое ясное небо, солнце светит, я вижу впереди облако, и как будто бегу, лечу, подпрыгиваю, мне и раньше снились сны, что я летаю. В этот момент я подумал, что это сон. Этот сон был вещным, реальным, но этого не объяснить словами.

Я подпрыгнул как во сне и пролетел вперед. Потом опять прыгнул. На, самом деле, я не летел. Я увидел потом уже крылья сбоку. Много крыльев. И кого-то высокого, метра три с половиной ростом. Я не понимал, кто это. Уже потом понял, что это были Ангелы. Это они меня катали на своих качелях. Потому что мне это нравилось всегда. Они меня с двух сторон взяли. И был с ними Ангел-Хранитель. Я его потом почувствовал, он был сзади меня. Ангел-Хранитель есть у каждого. Он нас всех охраняет, он дается самим Господом. Для того, чтобы он записывал каждое наше действие, каждый шаг и охранял нас одновременно. Он наш путеводитель.

У Ангелов не по два крыла было, а больше, несколько крыльев на одной и другой стороне. Я не мог разглядеть их лица, их лица мне не показывали, но я от них чувствовал такую доброту, теплоту. Я как будто дышал глубоко, когда с ними разговаривал. Рта не открывал, но говорил. И понимал их ответы. Они мне много всего рассказали. Ангелы показывали все мои картинки, а я рисую очень красиво, с рождения. И я как будто побывал в своих картинках, во всех, которые я нарисовал. Они мне всё показывали, рассказывали, а потом вознесли так высоко, что был виден весть мир. Потом отпустили меня. Я был очень счастлив. А ещё, когда они меня высоко поднимали, я сказал, что там, наверху, нет кислорода и я сейчас задохнусь. Мне говорят: «Не надо так думать, это вы навязали себе. Всё хорошо!» И я действительно начал дышать глубоко. Всё это там называется словом Благодать. Ангелы меня качали, как на качелях – туда-сюда. А потом приблизили к Городу.

Город золотой

Огромный город стоял на огромном облаке. Как будто поле заканчивается, горы стоят огромные, какие я на картинках в детстве рисовал, вода чуть-чуть рябит и облако прямо на воде. Казалось, что это всё находится далеко. Мне увиделось, что город как будто из золота. Он блестел. Я хотел к нему подойти, мне казалось, что там дети летают, над этим городом. Я видел всех там молодыми и никого не видел старым. И спросил: «А что, здесь стариков то нет?» Они отвечают: «Нет, здесь всем до 33-х лет». Я так удивился, ведь еще не понимал, что умер, думал, что это сон вещий. Спросил: «И что, когда я буду старым, то здесь буду молодым?» А мне в ответ: «Сюда еще нужно попасть».

Как будто видел я в городе много людей, но город был настолько огромен (издалека), что людей, в итоге, как мне показалось, было в нём не так уж и много. В основном это были Ангелы, которые летали, готовили детей на зачатие, а там были нерожденные дети, которые уже жили, в возрасте 6-7 лет. Все там такие мудрые, и я слышал, когда стоял, как Ангелы трубили в трубы. Их трубы напоминали пение. Очень красиво они пели. Пение звучало со всех сторон. Я всё это слышал издалека, но так будто всё происходит рядом со мной. Я слышал, много голосов, много разных языков, и все понимали эти языки. И пели, пели, пели, как будто прославляли Кого-то. Но я не видел Бога, не видел Христа. Я видел, как другие Ангелы вели других людей, туда, в этот вот Царьград или Рай, я бы назвал это Раем, Эдемским садом, потому что перед входом в него виднелись сады такие красивые. Я там видел и пальмы, и другие деревья с плодами, они были далеко, но я понимал, что там это всё есть, несмотря на то, что видел это мельком. Это мне сложно объяснить, потому что там нет времени вообще.

Я спросил: «А что это за люди, которых ведут Ангелы?» Ангелы отвечают: «А это Херувимы и Серафимы ведут на Суд». Но они не доходили до ворот. Они шли, а потом вдруг резко – оп, и наверх уходили куда-то. Как будто луч их забирал. А некоторые проходили напрямую в Царство Небесное. Но меня не довели туда. Мне показали только малую часть всего этого.

Помню говорил: «Почему я не могу туда дойти?», а они: «Сейчас не можешь, мы бы очень этого хотели, чтобы ты туда попал, и будем надеяться, что ты туда попадешь» Я как будто понимал то, что они хотят сказать. И я видел множество людей. Среди них были те, кто без подрясников проходил напрямую в Рай. Это были люди, как мне ответили, которые жили праведно. Потому что они служили Богу так, как служили людям, а людям как Богу. Для них Бог был превыше всего в этой телесной жизни, пока душа пребывала в храме тела.

Я некоторых слов не понимал, и спрашивал: «Как же так, они не священники, а праведниками были на Земле?». И тогда мне была фраза сказана, что монах не тот монах, что одевает красивые подрясники и кресты с панагиями, а монах тот, кто уже в миру живет, относясь к людям с любовью.

Что такое любовь

Ангелы много рассказывали о любви, что такое любовь, какой она должна быть между людьми на Земле, я это внимательно слушал, и хочу вам сказать: «Любовь — это то, что невозможно объять. Любовь — это то, когда ты относишься к ближнему как себе, когда ты живешь для других, как для себя. Таким образом познаётся Слава и Сила Божия. Но невозможно постичь любовь без Христа, без Иисуса Христа, Сына Бога. Потому что любовь без Бога рано или поздно умирает. Человек начинает отчаиваться. Почему? Он относится ко всем с любовью, а там его предали, тут его обманули, там им воспользовались. И человек духовно умирает, отчаивается в своей любви, потому что в его сердце Христа не была. А Господь, когда пребывает в нашем сердце, Он укрепляет нас каждую секунду».

Пока Ангел мне все рассказывал, я сидел на обычной полянке под деревом, которое я когда-то рисовал. Когда я его в детстве рисовал, именно таким и представлял, но я не мог его так именно нарисовать, этого не могла сделать детская рука. И вот именно там я увидел это дерево в полной красоте, я увидел поля в полной красоте, цветы, птичек, кого только я там не видел. Всё было таким красивым, что невозможно сейчас об этом рассказать. В Раю также видел животных.

Слушатели, я хочу, чтобы вы понимали, как там благодатно находиться. И я слышал, что люди, которых Ангелы напрямую ведут в Эдемский сад, жили искренне с людьми на Земле, они не ходили напоказ, но всё добро делали в тайне. Это были юродивые Христа ради, есть еще такие на нашей Земле, но их сейчас осталось мало. Я спросил Ангелов: «Почему вы говорите, что их мало, ведь ведут их одного за другим». Ангел говорит: «Для тебя их специально вывели из Эдемского сада, чтобы показать, как туда попадают». Но там были и те, кто именно сейчас преставились Богу. Их вводили туда без всякого Суда. Это были люди, которые жили праведно, в любви к ближнему. При этом, эти люди в своём сердце созерцали Христа как Творца, как Единого Бога, они стяжали смирение, кротость, они были нестяжателями, они жили для других людей. И когда мне это говорили, я сидел и просто плакал. Я понимал, что недостоин того, чтобы попасть туда. Я плакал и понимал, что скоро что-то произойдет. Что если я туда не попаду - в Рай, то я попаду в другое место.

Я понял, что у Ангелов есть несколько иерархий, каждый Ангел там занимался своим делом. Ангелы более младшего ранга вели людей, были их Ангелами-Хранителями. А Херувимы и Серафимы, которые вводили людей в Царство Небесное без Суда, пели, славили Бога. Они как будто прославляли Его за всё, за каждый вздох и вывод. Люди, которых Ангелы вели в Рай, тоже славили Христа.

Нимбов ни на ком я не видел. Нимб - всего лишь символика, означающая, что человек достиг святости. Там нет нимбов, но чувствуешь любовь и Благодать. И когда Ангел мне рассказал о любви, мне так захотелось любить, что я говорю ему: «Буду любить людей, я хочу любить людей». А он отвечает: «Будешь любить людей!». И когда Ангел мне это сказал, я от радости заплакал, и улыбка была на лице у меня, и не понимал, что ему сказать в ответ. И сейчас, когда всё это вспоминаю, слезы текут. Потому что понимаю - такая любовь на Земле есть у единиц.

Таймер с 36:39 по 43:17: Начало ада

Перед тем, как меня спустили в преисподнюю, что мы называем на Земле адом, мне было еще многое показано, и самое важное, что мне было показано, - это Суд, в который у нас идут после мытарства. Это Суд, где Господь разделяет человека, вот его, вот эту душу, определяет, скажем так, куда он пойдет. Практически все проходят через это. Но и были такие, которые не проходили даже первого кольца мытарства. Мытарства – это обличение человека, то есть – обличение души. И я слышал голоса, которые говорили там, что у тебя был шанс, мы тебе давали его неоднократно, мы стучались к тебе, но ты не слышал. Это было ужасно, потому что видел людей, которые с таким отчаянием, вроде показывали им частичку Рая, и потом они попадали в ад, сразу прямо. Они не проходили эти мытарства. Меня как будто Ангелы пропускали, как будто сквозь время какое-то, то есть - не знаю, как это объяснить, сквозь какое-то… как будто занавеска висит, я прошел – оп, и я попал в жизнь одного человека, который попал к Богу, это меня Ангелы водили. Потом, будто мне показали всю его историю жизни, я видел, как эти люди там рыдали, плакали, кричали, но они ничего уже не могли сделать. Они оставались в том мире, в котором они жили. Это – ад, который они построили себе на Земле. Ангел сказала чётко, что ад уже на Земле, потому что, он строит себе ад на Земле и всё это забирает с собой, до каждой капельки. Если человек не раскается, не захочет прийти к Богу – Единому нашему Творцу, то он даже не проходит и первого мытарства. Вот он только попадает… То есть, каждое мытарство – это некий суд. Почему я говорю, после мытарства. То есть, - мытарство он проходит первое, – он попадает на суд. Там присутствуют Ангелы, Архангелы, святые, кого мы почитаем, действительно все они там присутствуют. Там и дети есть святые. И непосредственно хочу рассказать, это потом отдельно расскажу, об отроке Вячеславе, которого осуждают. Я его там видел, потому что я о нём читал раньше, слышал, и он был со мной маленькое время. Там нет времени, но какой-то период он был со мной. И вот так меня Ангелы пропускали через вот эти кольца и показывали мне все эти мытарства. Мытарства и суд. Мытарства – это, как бы, суд. Это обличения человека в его добродетели или в его недобродетели, в которой он жил. И я видел, как они там плакали, умоляли, какой у них был страх перед всем этим. Это было ужасно, на всё это смотреть. Это, может быть, я вам расскажу отдельно, потому что это очень долгая история, не хватит и дня, чтобы рассказать.

И потом они возвращают меня обратно, в моё поле, я вижу опять этот вот Рай, что мы называем Раем, Эдемский сад. Я как будто плыву, бегу по ветру к этому Эдемскому саду, но я не могу приблизиться к этому Эдемскому саду. Но я видел издалека, как будто Богородица, я понял, что это была Богородица, я понял, что это Мама, потому что она сказала: «Придите ко Мне, все мои, потому что я ваша Мать». И она действительно Мать всех матерей в Раю. Потому что Рай – это неописуемая красота. Он очень был огромный. Там ворота, как мне кажется, метров 100 в высоту. Они огромные и их открывают не люди, не души, их открывают Пётр и Павел. Да, открывают Пётр и Павел. И самое удивительное, что там все больше размером, гораздо, чем наши души. Наша душа примерно там в размер метра 2,5. Ангелы - от 3,5 и они все разные ростом там. Вот я забыл сказать, помните, я рассказывал момент вам, когда они пели, трубили и славили, вот и все святые там пели трубили и славили. И вы знаете – там постоянно поют. И самое удивительное, вот когда в жизни кто-то поёт, нам это надоедает. А там, там это никак не надоедает, там даже хочется петь, петь и славить Христа, славить Бога и Троицу. Самое удивительное было, что Богородица осеняла, как будто на руках держала омофор, покрывало какое-то, она как будто держала омофор и охраняла весь этот город. И Пётр, и Павел, они такие, вы знаете, я будто понимал, что это Пётр и Павел, но не мог их разглядеть. Я видел, что это люди какие-то, в одеждах, то ли римские одежды, то ли индийские какие-то одежды, какие-то мантии, не знаю, как это объяснить. И многих святых видел. Иоанна Кронштадтского видел. Вокруг него столько детей было много, это даже не объяснить. Как будто в Эдемском саду он, я понимал, что это Иоанн Кронштадтский, и я вижу, что вокруг него много, много детей. И они все с ним играются, и он как ребенок. Но при этом Иоанн Кронштадтский без бороды, такой молодой. Там много детей в раю. И они все счастливые, все радостные там.

Таймер с 43:18 по 53:26

И когда он начал меня приближать, вдруг резко слышу я голос:

«Иди! И посмотри… как ты жил…»

Этот голос как будто объял всё вокруг. У меня аж голова закружилась. И меня резко опускают Ангелы. Вот, как будто меня просто бросают. И я как будто падаю, и вот уже… вот как только отпустили, сразу закончилось вот это вот поле, вот эта красота, Рай Эдемский, как это там называется, Эдемский Сад, там, Рай, и я как будто падаю, не пойму – туннель, не туннель это, вот, ну как будто пустота какая-то и я слышать начинаю всё громче и громче какие-то крики, вопли какие-то, вот. Я слышал, как люди просили о помощи, и я, когда летел, у меня такое ощущение, как будто я становился всё меньше и меньше, меньше, меньше ростом, и как будто я ударялся об какие-то ветки деревьев, как будто меня все т…, как будто меня терзало, мне было жутко больно, как будто я летел целую вечность.

Я вот летел, и я столько много слышал криков, воплей, я слышал, как просили какие-то люди о помощи, как будто они умоляли…

И вот хочу рассказать вам самое страшное, что мне сподобилось увидеть там, находясь за гранью нашего телесного храма. Ангелы, ни с того, ни с сего, начали резко меня опускать. Мне было сказано, что – «иди, смотри то, в чём ты был…» И они начали меня резко опускать, просто, знаете, как будто меня отпустили, вот, как будто выбросили меня, как будто, вот. Я лечу с такой силой, с такой дурью, с такой скоростью, вот я не видел ни-че-го, была такая темнота, какой-то мрак, и мне казалось, что туннель как будто безконечный. Я начинал слышать всё громче, громче, громче вот эти крики, вопли, просящие о помощи, какие-то вот – не объяснить даже, меня вот разрывали эти крики просто. Я вот как будто начал уменьшаться, как будто в размерах, что ли, в росте, и как будто я начал ударяться об какие-то деревья, на которых не было ни листьев, ничего, как будто засохшие. Я их не видел, эти деревья, но я понимал, что это прутья какие-то, я бьюсь об них со всей дури. И потом я пролетаю эти прутья, я долго через них летел, мне было ужасно больно. Я тоже вместе с этими криками орал от этой боли. И сейчас только понимаю, что, когда я падал, это кричали другие люди, которые тоже падали, которые тоже летели в этот ад. И она за меня тоже цеплялись, и как будто меня драли вот этими руками, как будто рвали меня. Я кричу… как будто ж кожу сдирали. Я кричу – «Отстаньте, ещё что-то… что вам надо! Я никакой…» И вдруг я резко – вууу, - падаю… Я думал, что я разбился. Я увал, и у меня как будто черепная коробка разбилась. Я трогаю, ощупываю мозги, потом резко как будто открываю глаза, и как будто уже все цело, вся черепная коробка… Но я чувствовал запах гари (46:11).

Первое, что я почувствовал, я открыл глаза, я посмотрел наверх, как будто небо было огненное. Там было жарко, там было невыносимо, запах стоял трупного такого яда, ну, не знаю, как это объяснить, мертвечины такой запах, ой, прямо невозможно, как будто вот в носу есть какой-то запах… Иногда временами у меня до сих пор как будто стоит этот запах, иногда появляется. Невозможно забыть этот запах, это ужасный был запах, гнили…

И вы знаете, я тут начал смотреть по сторонам, и я увидел, как будто всё сгоревшее, как будто вот после землетрясения город. Я был в большом городе, и как бы на окраине этого города, как будто вот тоже поле, но вот оно уже такое сгоревшее, земля была как будто высохшая от воды, такая вот потрескавшаяся вся, вся была потрескавшаяся… Вот счас вспомнил: я видел, как змеи какие-то ползли, и я видел, как будто вот черепа какие-то валялись, ещё что-то…

И вдруг меня поднимают, поднимают два тёмных ангела. Они были совершенно похожи на тех Ангелов, что было в Раю, совершенно были похожи на них, ничем не отличались (47:25), но от них… Они тоже такие – два с половиной… три с половиной метра ростом, всё, но от них веяло вот этой злобой, ненависть такая вот, вы знаете… От них веяла такая вот смрадность такая веяла от них. Я от них чувствовал зло, мне было страшно, они было какие-то более тёмные, чем те. Те были светлые, от них была любовь, я сразу захотел назад оттуда, мне как будто вырваться захотелось (47:53), но я не смог. И они меня повели показывать мне всё, что творится на этой Земле.

И вот они меня взяли под руки, и я как будто идти даже не мог. Мне было так тяжело стоять на ногах, но я пошёл вместе с ними. Там-то меня Ангелы носили, а тут мне нужно было идти, и как будто такая тяжесть была страшная, как будто мне было так страшно! Я боялся, я боялся аж глаза открыть, но я был вынужден открыть глаза, потому что, если бы я не открыл глаза там, я б провалился в ближайшую яму, в ближайшую трещину от этой земли провалился бы.

Я видел города, разрушенные полностью, это были города, духовно разрушенные. Я видел спалённую всю Москву. Я ещё не понимал, что это Москва, я спросил просто, что это за город, мне сказали потом. Они мне немножко… они тоже летают там, и они меня как будто подняли вверх, и первое, что мне показали, это показали мне большие-большие города. И я видел первый город, наверное, это, наверное, как я и говорил, это Москва. Я видел, как будто мне издалека показали, как будто птицы какие-то летают над этим городом, от прямо как куполом закрыли его, настолько их было много, этих птиц. И я говорю, «А что это за птицы?» А они таким голосом говорят, вы знаете, у них голос какой-то такой, вроде бы как у Ангелов тоже, только такой грубоватый такой, вы знаете, такой вот… не знаю, какое слово подобрать, вот, но они так говорили вот, жёстко так.

Они говорят: «Это наши». Я говорю: «Что за ваши-то?» «Это не птицы, это, говорит, наше войско». Они не называют себя там дьяволами или ещё кем-то, они считают, что они тоже живут по справедливости, тоже живут по правде по своей, у них там своя правда. У них как война между… за наши души у них как война идёт с Ангелами, которые не падшие, которые как раз-таки вот поют и славят. От какой-то зависти, наверное, я так понимаю, вот я чувствовал зависть от них.

И вот эта зависть, она чувствовалась, как они эту зависть вливали в этот мир. И они говорили мне: «Это всё мы построили, это всё – мы, это всё наши легионы построили». Легионы – это, вот, войска такие, вот. У них очень много… их очень много, падших ангелов, очень много. Потому что все захотели быть, как боги. Это сейчас я это понимаю. Они все захотели быть, как боги, поэтому они пошли вслед за Люцией, люци - так себя и называют, там Люций. Он не называет себя, там, сатаной, там, или лукавым, это стереотипы вот этой жизни, это здесь так называют, чтоб можно было различить добро от зла, но он называет себя Люцией, и вокруг него ещё есть ангелы, Ваул какой-то там ангел есть, падший. Они не считают себя падшими, они считают, что они, вот, тоже, как боги, но правят вот этой вот жизнью, как бы, вот этим их измерением, то, что мы называем адом (50:53). То есть, на самом деле это мир, в котором мы с вами живём. Это я уже впоследствии узнал, и я вам расскажу, каким образом, - в дальнейшем.

И вот я как будто беседовал с ними, вот с этими демонами, да, и вот он говорит… У них тоже есть имена у всех, как и у тех Ангелов, а… у них тоже есть у всех имена, и такие достаточно красивые имена, но на самом деле они очень страшные. Это ужасно, это ужасно даже представить, что было дальше со мной, там, в этом аду.

И вот они меня приблизили немножко к этому городу, и вы знаете, я увидел… действительно, это были легионы, это не птицы были, это были вот эти ангелы, они такие же огромные тоже, по три с половиной метра все. И они, вот, как будто с копьями пронизали, каждую душу прорезали. Как будто копья. И вот эти копья, на этих копьях, мне показалось, как будто это были страсти, что ли, какие-то человеческие, не знаю, как это объяснить. Как будто они вот, давали им… то, что они хотели. То, что они хотели, т.е. богатства какие-то земные, прелесть земную, гордость, обманчивую любовь, блуд, скверность, вот – всё, что хотели они. Люди в этой жизни, они всё им давали. И при этом они прибавляли, вот в этих вот копьях, ещё то, что они не ждали. То есть, это книга, в которой всё записывалось. Это тоже некая страсть, о которой они даже не предполагали, т.е. они это им превращали во вред, но на самом деле люди не замечают этого на земле, но там это всё видно, там это всё открыто, там нет ничего такого, что было бы скрыто, потому что там мир ангельский, как падшего мира, так и не падшего мира, т.е., мира духовного, где пребывает Сам наш Господь со Своим Сыном и Богородицей, и со всеми святыми.

Вот. И они пронизали каждую душу человека. Вот в ком была даже светлость, вот… я чувствовал этого человека, как свет, и вот они пронизали, и свет всё меньше, меньше и меньше становился. Потом меня немножко отдалили, и говорят: «Не, что – ты увидел, как вы живёте?» Говорю: «Да, увидел». А мне было страшно, я уже плакал, и я попросил, чтобы они ничего мне больше не показывали, но они показывали, как люди приезжали вот в эти большие города (53:26).

Таймер с 53:27 по 01:06:10

У которых еще была светлость. Вот какой-то свет шел от них. Это были священники, это были люди, которые нравственно готовы были жить по Богу, которые веровали в Бога, то есть они пошли отучиться на священников и хотели служить Богу искренним сердцем. И я видел людей, которые с горячим, светлым сердцем заезжали в Москву. Хотите, я расскажу, что с ними было дальше? Они, дьяволы, падшие ангелы, тут же сразу к ним, новоиспеченным священникам, которые стремятся жить по Богу, к ним тут же не 2-3 присоединялось падших ангелов, а, наверное, штук 30. Из них было 7 больших, огромных, они ростом, наверное, были метров по 5, и, наверное, штук 30-40. Я понимал сколько примерно, но не считал. Они как будто его окутывали, закрывали для него свет, и потом я уже видел, что у них (священников) уже больше не было света. Из 100 приезжих новоиспеченных священников, один только оставался в свете. И знаете каким образом? Он бежал оттуда. Он как будто бежал, все оставляя, бежал, и ему было страшно. И потом я у них еще спросил, я долго спрашивал по поводу Москвы, других городов, я как будто все их вот так видел. Я спрашивал, почем света то вообще нету, монастыри же там есть, я как будто общался с этим демонами, они общаются, они так же общаться будут со всеми нами, но они просто будут говорит, мы вам давали всё, а теперь вы нам отдавайте то, что мы вам давали. Мы вам дали, значит теперь вы обязаны своей душой, душой своей. И так же вдвоем, вдвоем, как там меня два светлых Ангела, так же два и темных, у них тоже по несколько крыльев, они тоже.. Сначала я там пешком шёл, потом меня поднимали наверх, показывали всё это. И я у них спрашиваю: «Почему же в монастырях нет света?». «Нет давно уже монастырей вашего Бога», - они вот так выражались. По их словам, всё что был Им сотворено, всё давно уже в нашей власти, нету, поэтому ты и не видишь этого. Когда-то было, но наша суть такова – дать всё в земной жизни, при этом, они подписывают с нами контракт, что душа будет впоследствии принадлежать нам. А знаете – какой контракт? Атеистический. То есть, они не верят. Это вот неверующие люди, это люди, которые вроде бы ходят в церковь, а на самом деле у них внутри то нет ничего этого».

И потом я начал смотреть по сторонам: «Ну как же так, в монастыре много (монахов), есть Троице-Сергиева Лавра, другие монастыри». Они говорят: «Какие монастыри?». Да так дерзко засмеялись: «Ха-ха-ха, какие, монастыри. Лавра? Смотри, как там плачет Сергий, ваш Сергий как плачет там». Я смотрю, пригляделся, действительно преподобный Сергий Радонежский плачет. И я начал приглядываться, и начали мне показывать. Знаете, бесы настолько откровенны там, вот эти вот падшие ангелы, они настолько откровенно всё показывают, мне было так жутко, ведь я же после Варницкой гимназии хотел поступать туда, на священника учиться, и мне показали вот эту семинарию. Первое, что мне показали, «ты, это хотел увидеть», - так он мне дерзко ответил. Смотри, что там происходит. Первое, что мне было показано – это разврат и блуд. Разврат денежный и разврат блуда, содомского греха. Я реально видел, как там развращали молодежь. Я реально видел, как туда поступали учиться молодые ребята, которые уже в этом грехе были. Я видел, как преподаватели развращали там ребят, я видел, как они совершенно далеки от Бога, как они были красивы на словах, как они красиво говорили, вели экскурсии, и как они заставляли молодёжь вести экскурсии, при этом карманы себя набивали деньгами.

Я видел, как они обманывали спонсоров, как они им хорошо, как говорится, в уши въедались. Я пытался что-то сказать, а меня вот так вот рукой. А у них рука такая, знаете, вот как у Ангелов, как будто ты её не видишь, но ты её чувствуешь. Вот это, как будто она тень какая-то, говорит: «Оп, стоять. Мы тебе должны всё показать, всё показать. Потому что ты не наш. Мы не можем тебя взять сейчас, мы не можем твою душу сейчас забрать, потому что тебя отправили сюда показать тебе всё. Потому что видно, как это я понимаю, что я не ихний был. И вот я начинаю спрашивать у них, говорю: «Как же так, они на священников пошли учиться», а от говорит: «Всё давно уже в нашей власти. Мы им просто предложили. А они не отказались». Я так стоял, плакал, смотрел на всё это, я же как будто возле Троице-Сергиевой Лавры был, как будто над ней, и как будто я где-то там в корпусах каких-то побывал. Но видел некоторых старцев я там. То есть Лавра сама была потухшая. Духовно умершая. Потому что там как будто сброд всякой нечисти был. Я видел, как торговали там, и при этом такое ощущение, что как будто торговали духовной утварью, но вот, как будто и настоящей духовной утварью, но вот эту духовную утварь я как будто видел сквозь ту, которую разогнал Христос, когда-то двух тысяч лет назад. Я как будто видел иконы, а вместо икон как будто видел барашков, которые там продавались, птиц, голубей видел, как продавали. Я головой мотаю и не пойму, что же это такое? Вроде это наше время и одновременно это 2 тысячи лет назад. И он говорит: «Христос, Сын Бога, Сын Вседержителя разогнал всех тогда, четко дал понять, что нельзя продавать в монастырях». И тут же я как будто вижу Писание, где говорится, что будут там продавать, а потом не будут продавать, и всё это будет покупаться-продаваться только по карточкам, и я как будто всё это увидел и всё Откровение как будто касается не то что нашего времени, как будто бы конец завершения эпохи пошел уже после того момента, когда Христа распяли. Уже начался маленький апокалипсис, потихонечку-потихонечку, и всё основное, всё самое страшное, то есть эта печати, о которых писал Иоанн Богослов, вот именно последние печати сейчас распечатываются уже. Эту книгу раскрывали, эта книга была необъятная, огромная, множество Ангелов открывали. Потому что она была настолько огромна, что просто не вообразить, и из неё свет такой шел. Это откровение как раз последних времен. Но к этому я чуть позже вернусь. И вот, в Лавре мне показывают этих старцев, их всего было три. Именно возле них стоял преподобный Сергий Радонежский, стоял и молился вместе с ними. И он плакал. И Богородица там плакала. Богородица отступила и от Дивеевской обители. Мне потом показали и Дивеевскую обитель, мне показали, как сёстры уничижают других сестер, так как они имеют более высокую должность. И они считают, что, если они дольше в монастыре, значит они имеют большую власть. Ангел падший: «Видишь во что люди превращаются. Видишь во что душа человеческая храм свой превращает». Я, кстати, тогда не понимал, что это за храм, и я спрашивал, а мне объяснили, что храм - это мне именно падшие ангелы объяснили - это и есть наше тело. Я долго с ним разговаривал на эту тему, они говорят, что храм тела – это как яйцо скорлупы. А внутри её желток. А перед желтком что? Белок. Почему говорят – дух, душа и тело. И только сейчас я это понимаю, спустя какое-то время. И вот они стали мне показывать другие монастыри, Дивеево мне показали. В Дивеево тоже всего один источник был, всего один светлый источник был, это была блаженная женщина, Христа ради юродивая. Она сейчас там в этом монастыре. Я её помню, она блаженная, она сидела на входе в храм, как будто меня завели в этот храм, и вы знаете, падшие ангелы – они тоже не боятся зайти в храм. Потому что знаете, что они говорят: «Это дело рук храма души человека, то есть – это дело человеческого тела. Что, мы побоимся войти? Мы боимся Креста, потому что на Кресте пролита Кровь Иисуса Христа, сына Бога, мы боимся Креста, но мы не боимся людей, мы не боимся человечества. Потому что они очень легко поддаются на все наши уловки». И потом мне уже начали рассказывать все уловки.

Мне показали очень много монастыре, и, практически, ни в одном монастыре я не увидел истинно спасающегося священника, который уже бы имел какую-то должность. Были маленькие светики, таки вот, душевные, но это были люди, которые жили как аскеты. Я видел свет людей, которые приходили в монастыри, которые хотели посвятить жизнь монашеству, и как этот свет просто в них затухал. Я у них спрашивал, у этих падших демонов. Я у них спрашиваю: «Почему так, ведь он же в монастырь ушел. Почему в нём свет то, говорю, гаснет то». Он говорит: «Свет гаснет не оттого, что он этого хочет, а от того, что в нём гасит этот свет. Это наши дела. Это мы так делаем». Я говорю: «Зачем же вы это делаете?».

Было так страшно среди них находится, среди эти двух ангелов. Я не знаю, если среди тех, которые с Богом, я чувствовал блаженство, как будто вечно такое, любовь, то среди них я чувствовал страх, мне всё время хотелось сбежать от них. Но они как будто меня приковали к себе. И вот они мне всё рассказывали, показывали и в итоге с Троице-Сергиевой Лавры меня увели туда, показали мне игуменью, это была не игуменья, это был человек, который просто красиво говорит, был в прелести и в заблуждении, и мне сказали: «А вот она наша. Эта нынешняя игуменья (Дивеевского монастыря), - она наша. Она только по паспортам принимает в монастырь. А паспорта – дело наших рук. Мы всё это придумали, для того, чтобы подмять весь мир под себя. Потому что Господь создал этот мир, а мы хотим его уничтожить. Но мы не можем его уничтожить, потому что всё равно есть какой-то свет. И поэтому у нас постоянно борьба». И когда он сказал слово «борьба», я увидел войну между ангелами, падшими ангелами и непадшими Ангелами, который живут с Богом. Я увидел, как воюют, реально мечами прямо, у них мечи есть такие огромные, тяжелые, как они ими машут, я однажды так голову пригнул, когда же он сказал, я как будто оказался в центре этой битвы, да… Мне сложно всё это объяснить словами, и вы знаете, я голову нагибаю, а они прямо дерутся. И я кричу, молю, чтобы остановились («что же вы делаете то»). И вот тут я видел Ангелов, оказывается Господь еще спускает туда в ад Ангелов, на Землю, которые дерутся между Небом и Землей, слышали такое выражение – между адом и Раем есть Земля. И есть земля еще, которую мы не можем объять. Это как раз-таки Земля, на которой воюют Ангелы и демоны. Поэтому и падший Люция, он своих туда посылает – падших ангелов, и Господь дает своё войско, чтобы они воевали, воевали. И я не понимал, за что же они воюют то. И я у них спросил: «За что так?». И они говорят: «За твою душу мы деремся. За твою и не только за твою. И за многие другие души. Мы каждую секунду бьём свои мечи, каждую секунду мы прикрываем вас своими щитами» (01:06:10).

Таймер с 1:06:10 по 1:15:00

А щиты были огромнейшие, представляете, он меня укрыл (ангел) щитом, когда меня бес хотел сразить. Я так напугался, я думал что же такое, стал кричать, вопить. И тут я услышал многие, многие другие души, которые тоже вопили от демонов. Демоны пытались забрать их в свою власть, кто-то сдавался, просто не мог больше. И один из них, кого я там увидел - это старец Илий Ноздрин. Я когда его увидел, к тому времени я уже немножко читал о нем, я тогда полгода в церковь ходил, и по фотографии его узнал. Но вот он там плакал, плакал и уже ничего не мог поделать. Я его увидел там, но как же так, он же может быть святой, его старцем называют. И я слышу голос от падшего (я мог разобрать падший говорит или не падший, потому что это душой чувствуешь): «А он уже подписал с нами контракт. Он дал согласие. Дал согласие на то, чтобы людей контролировали. У него взял благословление наш предшественник». Я тогда задал вопрос: Какой предшественник? «Это наш предшественник. Предшественник нашего бога». Они тоже называют его богом, этого люция. Какой предшественник? Слышал ли ты о том, что хотят церковь объединить. Слышал говорю, но я не понимал в этих вещах. Это наш бог, наш господин объединяет в одну церковь. Зачем вам много церквей, много разных религий и конфессий. И мы под предлогом антитеррористических операций хотим объединить все церкви воедино.

Когда объединятся все церкви воедино, тогда будет крах. Полный крах. Тогда нам уже не нужно будет протекать все души. Вы уже будете все наши. Я так напугался в этот момент, когда он это начал говорить. Зачем вообще вы мне всё это говорите? Уведите меня отсюда, мне здесь страшно. Нет, мы должны тебе всё показать. ...Как будто он благословил какого-то начальника, как будто я их там вдвоём видел. Как будто благословил на внедрение новых паспортов. Чтобы был единый паспорт. Он (Илий Ноздрин) такой еще говорит: ну в принципе лучше один паспорт, удобно, говорит. Что сто паспортов то. Пускай так людям удобнее будет. Господи благослови. Всё. Как он благословил, я видел он был наверху сначала и вдруг два падших ангела сразу забрали к себе. Мне там было еще сказано, что он цель их - разрушить храм души, разрушать тело, когда они разрушают тело (как по камешкам разбирают), тогда они близко подбираются к душе. И когда они близко подбираются к душе, они уже забирают человека из этой жизни. Почему очень много молодых умирает. Вот именно по этой причине. Слишком быстро себя отдают в своём атеистическом неверии. Вот этому миру себя, то есть в свое удовольствие. Поэтому умирают: курят, пьют, колятся, грабят, обманывают, никого не любят. Порой вот стоишь, попутку ловишь, а никто не берёт. Это тоже семя антихриста, который посеял в людях недоверие, злобу, страх и т.д.

Было показано мне практически в самом конце. Глобализация, чипирование, на самом деле это полный обман, это прелесть, вроде кажется удобным для человечества, но в реальности эта свобода человека полностью будет ограничена. Для чего - чтобы люция (сатана) мог легко контролировать каждую личность в свое усмотрение. Когда человек будет полностью чипирован уже под кожей, то тогда ему уже не нужно будет что-либо для этого человека. Ему не нужно будет посылать своих падших ангелов, чтобы они его контролировали. Он уже будет всё увидеть. И это делается для того чтобы куда человек ни пошел, чтобы он ни делал, каждый шаг он контролировал. Для чего это делается - чтобы уничтожить всё христианство. Сначала будут пластиковые карты в одну объединять, потом их всё уменьшать и уменьшать будут до нано-карт. Эти будет уже внедряться в тело человека. Когда уже внедрят тело человека, тогда уже можно будет уничтожить все остатки веры. Каким образом? Нельзя уже сейчас принять монашество без документов. Впоследствии у тех монахов, которые уже приняли монашество, их настоятель сам будет менять документы на пластиковые, последствии их также будут всех чипировать. Луковый знает как обмануть.

Падшие ангелы всегда вокруг нас, как бы мы этого не хотели. И мы их не видим, но в реальности они есть. Иногда страшно человека осудить, даже когда рассуждаешь и боишься осудить, потому что осуждением впускаем в себя эту нечистоту.

Таймер с 1:17:00 по 1:24:50

Идея чипирования в потом чтобы искать всех кто имеет монашеский постриг и уничтожать их в прямом смысле слова, расстреливать без объяснений, без суда, и при том прилюдно. Это будет как-то ленинские времена только в миллион раз хуже. Эти три года будут самыми страшными на Земле, и потом наступит конец. Конец всей нашей жизни земной для всех. Придет Сам Господь на землю, спустится Иисус Христос со своими апостолами. Придет также люция уже в открытую уже ничего не будет скрыть, и будет полный четкий отбор тех кто жил с Богом. Христос придет остатки забрать, остатки огоньков. Чтобы полностью это мир отдать его власти, чтобы все начали друг друга убивать, и это далее уже происходит. Примет - Сирия. Убивают людей и еще больше будут убивать с каждым днём, с каждой минутой. Украина - показательный пример. Духовно нравственное падение папизма. Почему папизм решил резко объединиться с православием? Это якобы с той целью, что они вроде как хотят к православию присоединится. Но цель совсем другая. Всех еретиков, всех протестантов объединить в одно целое.

Мне показали протестантские храмы: пятидесятников, протестантов, баптистов, свидетелей Иеговых, адвентистов седьмого дня и многих-многих других ответвленные еретические церкви мне были показаны.

- Зачем вы мне это показываете.

- Тебе это надо. Видишь этих людей, они наши, но они могут быть и не наши. А вот видишь тех, которые поют там и как бы Бога прославляют, они нашего бога прославляют.

- А красиво как поют.

- А ты как думаешь они должны плохо петь. Наша задача приманить. Так вся молодежь к нам и идет. Хочу не хочу двери можно не закрывать. Они идет прямо к нам. Но есть шанс их оттуда вытащить, если за них молятся. Этих людей, которые ходят туда, нельзя обвинять. Потому что они попадают туда по какой-то житейской причине в своей жизни. Из-за одиночества, не могли забеременеть. Они приводят своих знакомых впоследствии в эту церковь. Они думаю, что там истинного Бога славят. На самом деле их вводят в сильное заблуждение. Они отдают туда бешеные деньги. У них есть пресвитеры, дьяконы и пастырь. Это и есть предшественники антихриста. Папа Римский тоже предшественник антихриста. Задача - сломать христианство, сломать истинную веру. Все начнется с карточек. Вместе с карточками ведется новое богослужение. То есть сокращенное богослужение, службы на русском языке, а кто будет на церковнославянском языке вести - будут считаться еретиками.

Потом они водили меня по городам. Все города сожженные были. Я как будто по головам ходил. Про Петербург, если из Москвы еще выходили светлые душеньки (ранее говорил), из Питера вообще никто не выходил. В Петербург как Петр I ввез зло, так оно там и укрепилось. Я видел Петра I в аду. Многие наши предшественники в аду горят. Но не просто горят, они там прислуживают Люции. Кто-то прислуживает, кто-то наоборот пытается выкарабкаться, но не может, кто-то устремленно к этому шёл. Например Петр I устремленно к этому шел. Он хотел развратить нашу Русь. Меня там долго держали, показывали Питер. Видишь никто со светленьким огонечком оттуда не выходит? Почему? Потому что их уже нет там. Там наше поле, там наше гнездо. Все правитель, которые вышли оттуда – они наши.

Таймер с 1:24:50 по 1:37:30

Они начали показывать кольца ада и они реально существуют. Когда человек не проходит мытарства, он попадает в кольца ада, в которых тоже судят. У них тоже свой суд. Когда мы перестаем перед Богом, мы как обнаженные, на нас одежды нет. Вот такая у нас душа. В аду нет одежды ни у кого, за исключением падших ангелов. Я увидел в Петербурге Содом и Гоморру. Оттуда всё пришло в Москву и распространяется по всей нашей Святой земле. Мне был показан момент, когда президент Америки, лет 30 назад, сказал: мы Россию не возьмем, так как её охраняет сам Господь, мы возьмем её оружием, мы возьмем её умом…

И вот начали мне показывает истории каждого человека. Мне показывали все случаи в жизни которые могут быть. От самых мельчайших деталей. Вот вилка упала, почему она упала, что может быть когда это случиться: человек тут же начинает ворчать – впустил в себя злость, обиду, неприязнь. Или например кто-то не приехал вовремя, лукавый делает из этого ревность. Я видел как браки распадались. Я как человек поженился ради машины. На это было ужасно смотреть. Мне давали опыт жизни. Сейчас мне 18 лет. По приказу Господа демоны показали мне весь ад, все случаи жизни. Я видел как матери детей бросали. Как будто я прожил жизнь, миллионы жизней.

Не ругайтесь никогда ни в коем случае не за что. Лучше поблагодарить за это Бога. Поблагодарите ближнего за всё. Не считайте себя никогда ни в чём правым, потому что это происки лукавого. Много было случаев мне показано. Я просто чуть с ума не сошел. Там реально можно сойти с ума. Я там провел столько времени, что уже забыл как рай выглядит.

После того когда мне показали все жизненные ситуации, я слышал голос с неба (Господь может и туда спускаться): «Вот видишь в чем мудрость заключается. Мудрость жизни нашей заключается не в том как мы её внешне прожили, а как мы её в мудрости духовной прожили. Вот видишь бабушка всю жизнь прожила, а сколько ворчала, сколько раз на те же грабли наступала. Потому что не жила со Мной, и на такой же глупой остается. А сейчас придет ко Мне на Суд и будет умолять Меня, чтобы Я оставил её у Себя. Но Я не смогу, потому что есть те кто ничего не упускает. Это Мой самый близкий, бывший люция. Мне до сих пор его жалко, но я ничего не могу поделать. Он захотел стать таким как Я. Вот именно он не прощает ничего, ничего не упускает, всё записывает в свою «книгу мертвых».

Книга мертвых это и есть книга с самого люция. У него своя Библия, в которую входит эта Книга мертвых. Только если молиться будет кто-то на земле за эти души, то есть шанс вытащить, если не глубоко будет в кольцах запрятана (душа). Эти кольца - это определенные мытарства, которые проходит человеческая душа, уже когда господь её туда отправит. Там определяется степень греховности, по которой душа жила, и в эту степень самообличения она отпадает. Из этого кольца выйти просто невозможно. Человек попадает в кольцо, начинает проходить эти кольца, и на каком-то кольце остается, потому что это его кольцо. Перед Богом душа проходит мастерства, а у них там тоже свои мытарства, свой огромный суд. И чем глубже ты падаешь тем меньше шансов, что тебя могут вымолить. А если вообще упадешь к самому люциферу, к падшему мерскому созданию творения Божия, то всё, оттуда уже не выбраться. Но я видел души которые реально вымаливали.

Спускаются Ангелы: отверзается небо огненное и три ангела, один ангел- это который ведет по мытарствам, второй – Архангел, третий – Ангел-Хранитель человека. И забирают душу. Забираю махом, раз только и всё затворяется. Когда ангелы спускаются, то другие души молить начинаю Их, чтобы их вывели оттуда. Души в кольцах огненных сидят, и выйти сами не могут оттуда. Потому что они пали, они получили то, что хотели получить: быть в рабстве, в пленении всю свою жизнь, в самообличении своей сущности греховной.

Мне показали политиков, как церковь вливается политику. Как лукавый сеет своих семена и эти семена уже почти выращены. Наступили последние времена. Кто сможет удержаться от пластиковых карт, отказаться от того всего земного, что разрушает наше духовное, тот и получит милость Бога - Царствие небесное…

Там не будет прощения никакого. Там не будет поблажек. Там будет суд такой, какой ты заслужил. Тебя будут судить как ты прожил здесь. Потому что мне здесь начинается все то, что мы строим для себя в будущем. Мы либо построим себе рай, живя в любви с ближним, либо построим себе ад, живя в свое угождение, обманывая, хитря людьми, манипулируя и используя их и так далее.

Таймер с 1:37:30 по 1:49:20

И вдруг падшие ангелы меня отпускают. Потом я понял что даже они не могут спуститься до низа до самого lucifera. Меня отпустили на самое дно ада. Они меня отпустили, так же как ангелы меня там бросили. Я полетел сквозь эти кольца. Пока я летел, мне открывались жизненные позиции людей. Когда я упал, то не сразу понял на что я упал. Смотрю под ноги и вижу что иду по головам людей. Они просят помощи, плачют, кричат. Я говорю им: «вы что здесь делаете-то». И вот они рассказывают за что они попали в ад, самую настоящую преисподнюю. Где над ними издеваются, обличая их, где сам Люцифер реально живет в своем мире. И он считает, что для него это хороший мир, ему нравится издеваться над душами. Я почувствовал там такую ненависть, это было еще страшнее, чем я в самом аду побывал. Там где я раньше был - это преддверием ада. А вот куда я упал - это сами двери в ад. Эти люди могли только рты открывать и просить о помощи, они даже руки поднять не могли, так плотно друг к другу они стояли, там столько было много падших людей. Я увижу, как это тот самый главный прямо по ним идет и прокалывает им головы.

Я наступил на голову одного человека и провалился в его жизнь. Увидел что это был патологоанатом(этот один из примеров). Он очень много пил. Я видел как он вскрывал людей, и вдруг мне показывает его уже когда он умер, и тут его вскрывают (в морге). Вот он проходит кольца ада, он даже на Суд Божий не попадает. Он застревает на первом кольце ада. Там его начинают обличать. Он умоляет, не понимает за что он попал в ад. Он попал в ад за то, что он потрошил людей. Нельзя потрошить людей. Они мне четко сказали, он попал сюда за то, что он служил нам. Потрошил, издевался оскверняет храм души. Потому что когда твоя душа покидает тело, то тело должно оставаться невредимым, таким каким его послал Господь на эту землю.

Главный падший берет секиру и рассекает ему голову, потом тело, другие лукавые подбегают к нему и кусают, отрывают куски тела. Его потрошат. А потом он как-бы восстанавливается, опять чувствует себя нормально. И снова его секирой начинают разрезать. А он тут же забывает, что это уже было, что это повторяется. Он кричит «вызовите скорую», он понимает, что его потрошат.

И вновь я над главами, вижу блудников. Я провалюсь в жизнь одного маньяка, который убивал и который насиловал. Он тоже умоляет, просит прощения, но ничего сделать уже не может, потому что души там не могут служить самому люцию. У него достаточно своего войска. На каждого по семь дается бесов - это страсти. Я спросил почему по семь демонов. Потому что это семь страстей, благодаря которым они подчиняют себе души людей.

Ад и Рай - это то что мы строим уже здесь себе на Земле. Наша жизнь – это храм, это то что мы готовим внутри своего храма, что мы сеем внутри этого храма: доброту, любовь и искренность к ближнему, то чему учил Христос или то что совершенно противоположное этим всем добродетелям.

Я видел как разрушались города, как они духовно и нравственно падали. Я видел как священники нынешние, вроде нормальные, приходили, а в итоге что с ними происходило? Как лукавый убивает настоящее христианство: давай я машину подарю. Диавол действует через людей. А батюшка думает: как хорошо машину-то, как за руль-то сяду. Про себя улыбается, а внешне: ой не надо, спаси вас Господи. Как он не боится это делать. А лукавый говорит , что он все делает так, чтобы священники ничего не замечали. В итоге ему дарят машину, и что с ним происходит. Всё забудьте о том, что это священник, это уже не священник. Когда он ее взял он уже поклонился этой машине, он уже во власти антихриста и самого сатаны. И такого священника уже не исправить. Священники многие считают себя священниками, но если их начать обличать, то увидите какой он священник. Да кто ты такой, как ты смеешь меня обличать.

Я видел Святых которые были в раю, мне показывали какие они были при жизни. Мне показали отца Иоанна Кронштадтского. Это действительно Святой человек. В этой жизни он всегда с опущенной головой ходил, никогда не поднимал. Преподобный Амвросий Оптинский никогда не поднимал головы. Макарий Оптинский никогда не понимал. Я не видел ни одного человека, который падал в Царстве Небесное, чтобы он ходил с поднятой головой. А бесы мне тут же показывают: а вот эти вот наши батюшки, вот смотри какие хорошие, рясы чуть не золотые, подрясники шелковые, мерседесы. Мы все им даем, все-все. Денежку даем, открывай ящичек, бери сколько хочешь. И показывают как они считают деньги: так это на храм, а это на пропитание, на жизнь.

И показали священников настоящих, которые ни копейки не брали, а говорили матушкам: заведуй этим хозяйством, а я буду заведовать духовным. Вы стройте храм, а я буду за вас молится. Не надо даже отчитываться передо мной. Так ваша совесть чиста будет. Они были молитвенниками, им было не нужно ни машин, ничего. Даже когда их подвозили, они благодарили. Но благодарили не так как эти священники: «Ой, спаси Господи за машину», или за миллиончик «Ой спаси Господи я за вас помолюсь», а сам один раз помолился и забыл о нем. На том свете в аду мне были показаны миллионы таких случает в разных позициях. Были показаны случаи, когда вообще не молились священники за этих благодетелей, хотя и люди от чистой души жертвовали. Но они даже не упоминали их, записки положили и забыли. А были такие: молись, молись, молись, а потом: «Господь Ты же сам знаешь, что они вот такие, что они помогли», ну и всё, рассчитали на Бога, а дела их пустые.

Таймер с 1:49:20 по 2:15:26

Видел священников которые говорили очень красиво, проповеди говори красиво, но когда приходили домой то это была совершенно противоположная жизнь той, о которой он в проповеди сказал. Например проповедь о чревоугодии, о гортанебесии, о чревобесии. Он только что проповедовал, а сам пришел домой, сел со своими детишками, красный кружив положил, дорогущую рыбку - это «Господь падал». Ничего Он не падал. Купили на церковная деньги. Мне показывали это как картины, я находился в ихней жизни и видел что творилось.

В Москве на данный момент нет настоящих молитвенником, ни одного. Все уже продались антихристу. Все продались, все подкупились, все бояться высказать правду.

Самое удивительное что происходить начало дальше. Меня вдруг начинает резко трясти. Спускаются ангелы, забирают меня на верх и я оказываюсь на том же поле. Наконец-то я так плакал, я так радовался…

Слышу голос: «Иди и будь моим светом для людей. Неси свет людям. Расскажи им о том, что ты видел… Я хотел тебе показать всё от самого начала до конца прихода Моего». Я не видел бога, я не видел Христа, но я слышал такой голос нежный, мягкий, но в тоже время громкий, четкий… «Будь Моим сосудом». Я сначала не понял, что за сосуд. Слышу голос Богородицы: «Дал обет – выполни. И любви тебе будет к людям не меньше чем у нас». И тут голос: «Иди, иди, иди и проповедуй, иди и говори обо Мне». Побывал в аду я понял, что я великий грешник… (1:56:00)

…Я попросил священника. Мне привели одного священника, я говорю нет мне этого не надо, другого привели – тоже не тот. Мне нужно было исповедаться и причаститься. В итоге мне привели последнего священника, такого скромненького, пожилой, до сих пор помню, я у него исповедовался…

Я стал чувствовать ко всем людям любовь, я чувствую, что всех люблю. Я не могу это объяснить, что это за чувство. Я понимал, что я не могу не любить людей, потому что я видел саму Богородицу, видел сам ад, видел сам рай. Невозможно спастись не любят людей. Если я скажу что люблю Бога, но не люблю людей, то я лжец сам себе. Получается я сам строю свой ад здесь на земле. Я часто говорю о любви и сам стараюсь быть примером для всех.

Мне показали рай таким маленьким совершенно совсем чуть-чуть, даже не пустили туда, только со стороны. Представляете когда мы зайдем туда, через это врата, так такой яркий свет. Может там и есть наш Творец Господь восседает со всеми Святыми, потому что это было просто неописуемо. А потом, когда эти врата закрывались, я так хотел туда попасть, но мне не дали пока туда попасть.

Я стал «видеть» людей. Например мне человек о чём-нибудь рассказывает, а я понимаю чем помочь надо. Но это не я, это Господь мне дает понимание. Господь дал талант помогать людям и укреплять их в вере…

Нужно взять свой Крест на себя искренне, а Крест этот – это Крест Христа – это Крест любви и утешения. Только в любви можно достичь Царствия Небесного, только в смирении, только в кротости. Я спросил: как же так, люди же воюют. А Он ответил: «Мне не нужна война физическая, у нас своя война духовная». (2:06:10)

Эту духовную брань нам надо пережить здесь. Постоянно нужн бороться с лукавыми, с обманом и прелестями, со всем, что угнетаем нашу душу. А как бороться? Только любовью к ближнему. Вас оскорбили, а вы улыбнитесь и обнимите этого человека; вас обокрали, а вы придите и принесите ему еще, как это сделать преподобный Серафим Саровский. Есть случай с цыганкой, которая украла у одного священника 500 руб., это единство, что у него было на хлебушек. А он нашел её, нашел еще мелочь какую-то, и принес ей: «возьми и это тогда, тебе наверно нужней, а у меня есть Господь, Он поможет. Как тебя зовут, я помолюсь за тебя». Через две недели цыганка принесла ему 10000 руб. и сказала: «это вам батюшка». Священник отдал эти деньги матушке, сказав: «восстанови храм». Цыганка до сих пор ходит в эту церковь. Это было в наше время, это еще те Святые, которые остались, но их очень мало.

Еще хочу вам рассказать одну важную вещь об отроке Вячеславе, который там, в раю. Первого кого я увидел, когда я пришел туда – это был отрок Вячеслав. Он встречает там всех, потому что он последний новомученик. Он меня встретил с такой любовью, с такой лаской, с такой нежностью. Он совсем молоденький там, как ангелочек. Он со мной игрался. Также он встречает всех детей. Он встречал таких детей, которые умирают от тяжелых болезней, от каких-то непредвиденных обстоятельств, от насилия, от дтп. Он всех их обнимает и ведет к Богу. И еще там есть пара мальчиков и одна девочка - они тоже святые, но о них я мало знаю. Вячеслава я узнал, потому что я о нем много читал. Я действительно убедился, что он Святой человек.

Пост установленный в монастырях - для того чтобы удержать монашествующих, чтобы они не занимались с чревобесие, чревоугодием, гортанебесием . Но в последнее время эти церковные догматы во многом искажены. Пост человеку нужен тогда, когда он потребен в молитве. Почему горят «не человек для поста, а пост для человека» Пост нужен тогда, когда человек хочет усердную молитву, он должен иметь чувство голода. Потому что, если не чувствуешь голода, то не почувствуешь настоящую молитву. Почему и говорят, что жить надо скромно, скудно, чтобы было что на хлебушек, чем за жилье платить или чтобы было чем помочь ближнему. Я видел как приятно оказывать милосердие. Люди которые оказывали милосердие, они тут же оказывали милосердие самому Христу. Они оказывали милосердие всем Святым, они ликовали за каждую милосердную душу. Почему они там постоянно поют, потому что они ликуют за каждую милосердную душу, которая сделала благое дело… Только бедный поймет бедного. Милосердие - это и есть наша любовь ближнему. Иногда мне говорят: «ты безумный, ты всех любишь, ты меня любишь, ты его любишь, ты и его любишь, и его любишь». А я тут же говорю: «вы слепы духовно». Вы физически видите, а духовно вы не видите. Вы меня только что судили. А я вас за это благодарю и обнимаю… Любовь ближнему - это самое главное, что у нас должно быть…

Не ходите к тем батюшкам, которые на мерседесах ездят, потому что это уже не священник. Священник тот кто исполняет обет данный при рукоположении во священника. Первое и самое главное - это нестяжание и нести свет людям: мир и любовь, настоящую, не наигранная. Вот к таким священникам идите. Каким должен быть священник? Священник должно быть нестяжательным в первую очередь, во вторых как это мне было там показано - он должен быть открыт перед людьми, честен, его дом не должен закрываться на ключ, он должен быть постоянно открыт для всех труждающихся и обремененных. Нельзя оставить свой сосуд под стол. И поэтому священник - это лицо нашей веры. Почему говорят каков священник, таков и приход. Но это было раньше так. Сейчас священники научились пользоваться гипнозом, в самым стоящим гипнозом (2:15:26).

Таймер с 2:15:26 по 2:19:45

Они хорошо научились манипулировать людьми изучая их психологию, но они одного не понимают, что они в ад попадут, но может и понимают, но думают, что в конце жизни покаются. Но преподобный Амвросий Оптинский сказал: грешить в надежде на покаяние - это равносильно хуле на Духа Святого. Поэтому мы должны молиться за таких священников, не осуждай их. Священник должен быть скромным, должен быть тихим, но при этом он должен радоваться и быть как ребёнок. Я видел таких священников, которые были совсем как дети. Они не ставили себе чуть выше никогда. Он должен быть в скромной одежде, он должен быть строго по тому как пишет нам наша Библия, как пишет Новый Завет. Новый Завет - это кровь новая Иисуса Христа. Священник должен быть таким, какими были апостолы по Вознесению Христа на небо, когда они уже уверовали беспрекословно.

Священник - это наше первое духовное лицо, тот кто прощает нам грехи, кто за нас молиться. Священник должен быть искренним с людьми. Он не должен покупать себе дома, квартиры и т.д. Он не должен ничего иметь личного, всё должно быть Господа. Вот когда отойдет душа к Богу, вот тогда его имущество должно отойти тому на кого он спишет. Либо при церкви оставить, либо отдать нуждающемуся, тому кто нуждаться будет этом имуществе. Он должен быть безсеребренником, должен служить людям всем сердцем и всей душой и его проповедь должна быть самой жизнью.
Монах не должен принимать монашество по паспорту. Если ты принимаешь монашество по паспорту, ты уже не монах. Потому что Господь четко сказал: кесарево кесарю, а Богу Божье. Бог, Он что, в рукотворных храмах наших живет? Он в нерукотворных духовных храмах наших живет. Храм – это то где мы можем молиться с Церковью. А Церковь - это мы с вами, это наши души, люди - это церковь. Когда собираемся вместе, молимся – Господь сказал: где двое или трое там Я посреди них. Писание нужно правильно понимать, его очень сильно возвращают, поворачивают по-своему. Жалко что нынешнее священники как раз таки так и делают. Говорят только так чтобы мы побольше пожертвовали, но нужно жертвовать не деньги. Вы можете помогать священнику продуктами, ухаживать за ним если будет больной. А на деньги вы можете храм построить, пускай маленький, но построить. Священником часто говорит красиво, а дела его расходятся (2:19:45)

Таймер с 2:22:54 по 2:35:45

Когда я был на том свете, я видел как дьяволы пытались сделать восьмой вселенский собор. И архангелы и ангелы вели самую жесточайшую войну, чтобы он не состоялся. И только те кто искренне живут, как некоторые патриархи, которые не приехали, они не приехали по своей воле потому что понимают, что это раскол, что-то это уничтожение христианства. Как еретики могут присутствовать на соборе, а они там присутствовали. Не только католики, но и протестанты, и баптисты, пятидесятники, которые говорят, что Господь им Духа Святаго посылает, когда они молятся на языке Духа Святаго. Разве это молитва, любой ребенок может на таком языке молиться. Они позвали на 8-й собор этих самых страшных людей, которые гипнозом отбирают деньги под предлогом десятины. Я наблюдал на том свете за этим церквями, мне они были показаны. Я посчитал сколько человек отдает в месяц - он отдает 40% от своей зарплаты. Потому что каждое воскресенье они так красиво поют, как они сладко говорят, а потом деньги делят которые им пожертвовали за вот это богослужение - воскресное собрание…

Нам нужен Господь, нам нужна Вера. Крепкая вера во единую Троицу с преданиями нашими. С законами, которые нам донесли Кирилл и Мефодий. Они нам дали этот язык, дали чтобы мы на нём молились, потому так это язык Бога - церковнославянский язык. Нельзя богослужение переделать на русский язык. Но вы держите свою веру, держите и храните тех священников, которые живут действительно нестяжательно, живут ради людей, а не ради себя, которые готовы отдать свою жизнь ради Христа, которые готовы потерпеть всё до конца, как бы их не гнали.

Не скучайте священников машинами или ещё чем-то, вы им навредите, вы навредите их душам. Хотите помочь, помогите построить храм, чтобы он молился, что он принадлежал не ему, а Самому Господу Богу. Бог не может искушать, а лукавый может. А как действует лукавый - через наш мозг, через наши руки. Поэтому не то оскверняет что входит в нас, а то что исходит из нас: наши слова, за каждое слово мы дадим ответ. Наши слова это как раз и есть путь либо к Богу, либо к сатане.

Вот тут вопрос поступил, выдел ли я что-нибудь когда там находился, о священниках которые небрежно исповедует, торопят проповедь, быстро читают Евангелие, те священники которые крестят чуть-чуть – покропил и всё. Это как раз звено сатаны, сатана тоже крестит именно так, чуть-чуть, чтобы не выявить себя слишком-то, не показать себя. Мне показали священников, когда они быстро читают – демоны пляшут, прямо на Престоле пляшут, просто поют песенки, такие сквернословные моют песенки. Поэтому тот священник, который так вот молится, какой он священник после этого. Священник должен делать все с пониманием того, что он делает.

Священник должен быть истинным священником, а истина заключается то, чтобы мы понимали то о чем мы молимся, когда читаем молитвы. Те священники, которые исповедуют на общей исповеди очень быстро они только радуют бесов.

Когда читают Евангелие небрежно или сокращают службу, то бесы буквально облепляют храм. Вы думаете бесы боятся в храм войти? Бесы очень радуются, они ликуют просто, у них свои песни есть. (2:35:45)

Таймер с 3:11:59 по 3:38:55: Сквернословие

От сквернословия рождается ложь. И это правда. Сначала мы начинаем сквернословить, думать о людях плохо, осуждать человека внутри, это тоже некое сквернословие. Поэтому сквернословие в реальности задевает все наши грехи мытарства. Почти все задевает, поэтому стоит на первом месте. И хотите вам скажу, много ли людей проходят первый вот этот круг. Первое кольцо вот этого мытарства. Я вам скажу - единицы! Потому что все сквернословят. Когда ты ропщешь, это уже сквернословие, понимаете? Роптание – это уже некое сквернословие. Почему я говорю, что сквернословие, оно задевает все, все, вот эти вот, сколько там, двадцать мытарств, да. То есть, ну вот девятнадцать предстоящих. Вот это он всё задевает. Потому что в сквернословии рождается всё, все наши грехи. Не то, что входит в наши уста оскверняет нас, а то, что исходит из уст наших. И поэтому его и ставят на первое место, потому что, естественно, это очень страшно. В нём рождается всё, и кощунство и разные анекдоты могут рождаться, понимаете, фильмы разные, вот эти вот пошлые, и так далее. Здесь рождается всё, даже вот эти вот шутки, и так далее, вот когда мы шутим порой, да, мы вот уже можем сквернословить, понимаете, нужно уметь правильно подшутить. И поэтому я, наверное, отнесу много к чему сквернословие.

К примеру, мне был показан человек, который сидел в тюрьме всю свою жизнь, и он разговаривал просто на своём жаргоне. Хотя, при этом, он не только в тюрьме сидел, он и гулял вот, как бы, да, по простой так скажем свободе гулял, не за пределами этого забора, да. То есть, среди нас, людей, но он уже привык общаться так, как общаются там, за пределами вот этого вот нашего мира, то есть, в своём в этом мире, то есть – уголовном. То есть, в тюрьме и так далее, он привык общаться так, как там общаются. При этом, он может даже матом не ругаться, на своём жаргоне общаются они, да. При этом, он может даже быть там…ходить в церковь, да, есть церковь в тюрьмах и даже может там быть ответственным за эту церковь, как там это распределяется, не знаю. И вот мне было показано, что вот именно этот человек, он вроде как бы отвечал там, за, вот, церковь, когда был в тюрьме. Он не сквернословил, но как бы вот он молился, всё, но когда он приходил в общество своих друзей, с которыми он был, жил в тюремном помещении, он начинал общаться как они общаются, при этом не используя мат.

И вот он говорит там одному из падших ангелов (демонов): «Ну, как же так, я же не ругался матом, я же просто общался как все», а он (демон) говорит: «Нет, - говорит, - «жаргон, жаргон, это уже сквернословие, любой жаргон. Он бывает уголовным, бывает жаргон анекдотов, бывает жаргон какой-то шутки, неосмысленной, и так далее…». Бывает жаргон, вот какой-то даже хитрости, и так далее. Ну, там, всё туда входит. И поэтому, когда мы сквернословим, сказал ему Ангел: «когда вы сквернословите, вы отгоняете нас от себя, но впускаете в себя падший легион. И сказал: «Проще блудному войти Царствие Небесное, чем сквернословному, потому что сквернословие всех дольше сгоняется». Когда мы просто даже ругаемся на свою родную маму, это вот из другой жизни мне было показано, человек тоже как бы жил праведно, всё, да, но он постоянно ругался со своей мамой. Ругань - это уже сквернословие. Понимаете, он вроде поругался, всё, с ней, даже вроде извинился, но день через два опять то же самое. Это уже не прощается. Это все записывается, каждый грех записывается, это там уже вычеркивают, как огнём сжигают. Сжигает Господь книги падших вот этих вот ангелов, которые ведут суд, это же тоже судьи вот эти, это ангелы эти, бесы падшие и Архангел наш, который с нами там пребывает, это всё ангелы суда, которые как-бы предварительный суд делают над тобой. Поэтому сквернословие оно по-всякому попадает. Например, жил такой человек, он постоянно рассказывал анекдоты. Вроде весёлый, жизненный, радостный человек. А знаете, где он сейчас? В аду. Вы знаете, почему? Потому, что он ходил в церковь. Он знал Бога, но был слеп. Он думал, что он просто обличает других людей, рассказывая анекдоты о них. Он думал, что он просто подшучивает. На самом деле он сквернословил всех. Он просто издевался.

Издеваться над человеком можно как морально, так и духовно, так и физически. То есть, морально, это когда мы чисто мозг человека задеваем, физически, это когда мы над человеком издеваемся, бьем его, это называется тоже сквернословие, да, к этому можно отнести, и третье, когда мы духовно… Духовно, когда мы над человеком издеваемся, это самое страшное. Потому что, когда мы сквернословим, мы можем убить его словом. Я столько таких душ там повидал, которые действительно были убиенные, просто двумя словами. Двумя словами. Видел такие души, которые просто вот прокляли человека. Прокляли руганью. Руганью, вот этой вот обычной, сквернословием прокляли человека. При этом не сказали, там, будь ты проклят, и так далее, просто осквернили его до такой степени, что просто настолько человека обидели сильно, что вот именно вот внутри, в сердце, вот именно в самой душе, что человеку это легло на сердце, человек уныл, и покончил с собой. Много таких душ. Очень много. И поэтому этот грех считается одним из самых тяжелых грехов, и тяжело проходимым на мытарствах. Потому что обличают каждый твой шаг там. Где подумал, где сказал, где в мыслях произнес. Ну, имею в виду, подумал сердцем только начинает думать, об этом говорил чуть выше.

Я видел монахов многих, которые тоже считали себя монахами, а в реальности они только успевали внутри сквернословить и осуждать человека. Ну, осуждение – это уже другое мытарство, но достаточно было просто человека сквернословить, или просто про себя сквернословить, бывает там вот, некоторых монахов, там, два монаха было, да, но я не знаю, кто они и откуда, знаю, что видел и мне сказали, что они были монашествующие, но в Рай они не попали, даже не пройдя первого мытарства. Представляете, каким нужно быть человеком. Я говорю, ну как же так, они же монахи были. Мне было сказано: «Ну какие они монахи. Внешне можно любую одеть рясу. А внутри быть гнилым. И первая гнилость она, как раз-таки, проявляется в сквернословии». И настоятелей видел.

Вы знаете, сквернословие, оно может проявляться в разных формах, вот даже порой я вот начал говорить и что-то сбился, даже порой мы что-то дома делаем, когда одни находимся, без всего и на что-то..вот мы что-то берем в руки, и раз, упало что-то, два – эта же деталь упала, там, ну или что мы там берем, три, и в итоге просто она разбивается, да, и, например, мы просто берем уже в руки и начинаем говорить уже, «что такое», начинаешь внутри гневаться,

Всё, ты уже сквернословишь. А некоторые, бывает даже, автоматом вырывается сквернословие. Почему мне и было сказано там, что «бегите развратников сквернословия. Бегите». Я спросил: «Почему бежать-то?». А потому что, говорит, «если вы даже краем уха услышали, вы уже повторите. Вы от этого никуда не денетесь, потому что тело – оно подвластно этому миру. А дух подвластен Богу. Мы можем духовно себя всю жизнь свою воспитывать, как мне было там показано вот в этом же мытарстве сквернословия, но как только услышишь где-то сквернословие, не сомневайтесь, что сердцем вы уже повторили это слово».

Понимаете? Что вы сердцем уже повторили это слово. Просто услышали. Поэтому нужно быть глухим на такие вещи. А глухим быть, это уже, наверное, надо быть старцем надо. Поэтому лучше всего отходить в сторону вообще. Лучше уши заткнуть песнопением каким-нибудь, да, в наушнике. Может быть, действительно Господь для этого и придумал этот промысел, наушники создав. Хотя говорят, что бесы создали. Ничего бесы не создавали, они создали то, что им надо было, или осквернили то, что им надо было. Например, через наушники, они полезны нам в этой жизни тем, что можем, например, включить песнопения, какие-то молитвы, слушать это во благо, не слыша, что окружает вокруг нас, где сквернословят, когда мы находимся в миру. Но есть люди, которые наушники воспринимают не как творение Божие, а уже начинают осквернять это, используют по своим нуждам, то есть, - слушать анекдоты, слушать стишки разные там, песнопения мирские, всякие там нехорошие, вот и так далее. Поэтому сквернословие считается тяжелым грехом. Он кажется только безобидным. На самом деле он далеко не безобидный. Он убивает нас. Он всех нас убивает практически, вот, морально. То есть, он не даст нам даже пройти многим мытарства основные дальше. То есть, если ты не проходишь первое мытарство, то остальные мытарства ты как бы проходишь, но они уже как бы вкратце идут. Потому что, ну нет смысла дальше тебе это показывать. Тебя просто обличают быстренько там во всех других мытарствах, приходишь на суд к Богу, к Иисусу Христу приходишь на суд, Он там как Отец сидит, понимаете, в Троице единой. И он прямо сразу четко отсылает тебя, берёт Петр с Павлом, которые стоят у ворот, но как ни странно, они почему-то не только в Рай встречают, но они еще и оказываются там, не знаю, может быть, действительно, потому что душа наша, там она всеобъемлющая такая, понимаете. Кажется, вроде маленькая, а на самом деле она везде как бы присутствует.

Когда Бога мы, к примеру, ощущаем, вот где бы мы ни находились, мы везде его ощущаем, понимаете? Так же, как и Богородицу, понимаете, вроде Она одна, а ощущаем мы Её везде. Вот так же и Павел. То есть вот там, где Петр и Павел тебе открывают ворота в ад. То есть там практически ты уже поклоняешься Христу уже в самом конце мытарства, как бы ты осознаешь свою греховную сущность, ты уже ничего там поделать не сможешь, там никакое тебе слово не дастся, ничего тебе там не дастся. Ты может в мыслях что-то и будешь умолять, просить, чтобы тебя помиловали, но Он, Господь уже ничего не скажет, «Я не могу ничего сделать», вот так Он некоторым говорил, «Я не могу уже ничего поделать», практически всем говорит так, и когда открывает Пётр с Павлом ворота, оттуда как будто само зло просачивается, оно тебя прямо так – пшшш – засасывает. Понимаете? Прямо засасывает и всё, без объяснений, без всего, и я слышал как эти души, начинают вот так вот, вроде стоят-стоят, умоляют Бога там, пытаются что-то сказать, чтобы простил, а когда дверь чуть приоткрывается, аж чуть ли не с таким вот воем, таким криком, открываются эти.. самое удивительное, там темнота какая-то. И оттуда слышны какие-то крики, еще что-то, и когда душу он забирает (демон), уже все.

Я вот столько криков слышал, прямо кричат – ааааааааа, помогиииите, остановиииите, не хочу, прости, Господи, не забирай. Как-то всё быстро, моментально. И вот они прямо кричат, кричат, просят помощи, а уже ничего не сделаешь, ворота закрываются и уже тут же следующая душа оказывается на подножии, то есть, ступенек самого Христа. И так многие души, многие души. И очень мало душ попадает туда в Рай.

Блуд, содомский грех

Сейчас хочу я поговорить на тему блуда, на тему содомского греха. И первое с чего я начну, когда меня привели на это мытарство, провалили вот в это вот кольцо, когда я открыл глаза, меня подняли, и я удивился, а что я тут забыл. На самом деле демон даже книгу не раскрыл, потому что я еще юный, и как ни странно, Архангел сказал: «Здесь он под покровом отца нашего Вседержителя». И он поднял свиток и сказал, что «он чист». И действительно Господь держал меня чистым все это время, хотя я вам рассказывал, что я был в субкультуре Эмо, но тем самым я не осквернился в этом плане. В плане содомского греха. А в плане блуда, естественно, открылась книга. Но открылась почти только в самом конце. И я не понимал, а в чём я мог блудить. И вы знаете, я потом понял. Блуд не заключается только в телесном плане, в услаждении себя. А блуд заключается еще в каких-то наших помыслах. Например, затеяли мы уныние какое-то, или затеяли мы суицид какой-то над собой, мы уже блудим в помыслах. Это уже блуд в этих помыслах. Но, к сожалению, книга быстро закрылась для меня, потому что Архангел сказал, что вот эти помыслы, все, что были, болезнью были очищены. Когда человек болеет духовной болезнью какой-либо, одна из них это самая распространённая как онкология и гематология, он не смог ничего сделать и вот огонь выжег в книге вот эти вот, то что было показано.

Впоследствии, меня обличали, и так далее, когда мне открыл он книгу и начал показывать, в каком я смысле мог наблудить, то есть в помыслах, блуд он бывает и в помыслах, и еще раз повторю, не обязательно, чтобы он был связан с нашей сексуальной потребностью, а также еще блуд бывает, как я вам говорил, в разных-разных помыслах. То есть, блуд он бывает, когда мы заблуждаемся в каких-либо наших жизненных ситуациях, мы начинаем блудить, искать что-то, понимаете, искать ответы в миру, а не у Бога. Это тоже уже помрачение ума, то есть, да, как некий блуд. Блуд бывает в сквернословии. Его можно приписать каждому из мытарств. Потому что он практически присутствует везде.

Ну и впоследствии естественно меня потом отправили в другие жизни (жизни других людей) показали мне то, что бывало, что происходило с этими людьми, которые реально находились в блуде и в содомском блуде и сексуальной потребностью и так далее.

Не знаю даже с чего начать. Наверное, в общем скажу. Потому что у каждого свои грехи. Были такие личности, которые, я тоже скажу еще раз задену тему о монашестве. Вроде как бы вот он монах, всё, были такие монахи, которые реально блудили и с женщинами. То есть, уходили как бы отпрашивались домой, а в реальности начинали совершать половые сношения, когда они дают обет, тем не менее, так лукавый мучил некоторых, и они считали: «А, Бог простит». Вот, пожалуйста. Это называется хулой на Духа Святаго. И там Архангел четко сказал: «Не хули на Господа твоего».
И когда пытался кто-то оправдаться там в каком-то грехе, когда вот демоны зачитывали, и когда Ангел начинал обличать вот в этой книге, когда, например, какой-то грех смывается, да, то есть, в книге он как огне вырезается, а в этот момент происходит усиление, только лишь усиление, то есть, когда человек пытается оправдаться в чем-то, и вот там этот шрифт, как будто, я его видел, вы знаете, такая подпись была, самое удивительное, какая вот на латынь чем-то похожая. Потому что я смотрел, я не понимал, что там написано. Пытался заглянуть, мне все показывали, но не мог понять, я видел, что когда человек оправдывался и Ангел его обличал и как бы говорил ему, что не оправдывайся, то у демонов в книге, у падших ангелов, эта запись начинала как бы выделяться. То есть, более такая темная, мрачная становилась. Видел, как они плакали, как умоляли там избавиться от этого.

И вот эти монахи бывает, могут не только с женщинами блудить, они могут блудить еще по-разному, понимаете. Кто-то блудил в монашеской жизни уже пребывая или в иноческой, вроде как даже священники были такие, которые вплоть занимались до рукоблудия, понимаете, оскверняли себя и считали, что это..кто-то говорил, что это потребность человеческая там, да, мне же было много жизней там показано, и всё это рассказывать - это очень-очень долго. Поэтому я буду стараться вкратце говорить.

Был показан такой священник, который считал, что (и таких было много среди священников)..ну вот, скажем, одного из них возьмем, который говорил так, что «ну, это же ничего страшного, я просто выплескиваю энергию», вот так они говорили себе, «я просто выплескиваю из себя вот эту вот энергию», как бы, кто-то говорил, что это их моложе делает, энергии прибавляет. Кто-то считал, что это вообще не грех, что вроде как бы Библия об этом пишет, но на самом деле это не грех, что это, как бы, потребность человеческая. И они начинали рукой, как это называется, мастурбировать, или как правильно это называется, и выплескивать из себя вот эту вот как бы жизнь, на самом деле мы убиваем этим жизни. Потому что Господь он рассматривает, я рассказывал о зарождающих душах и поэтому тем самым человек уже совершает некое убийство будущей жизни, клеток живых, но они считали эти священники, даже монашествующие, «а, никто же не узнает», зачем в этом раскаиваться. Это же плоть, потребность и так далее. Ну, кто как выражал, своим словами. Ну а в реальности оказалось, что когда они туда попали, всех их это обличило очень сильно, многие орали, просто визжали, и говорили: «Ну мы то думали, мы то думали…».

А знаете, что демоны сказали: «И теперь за вас есть кому думать. Вам не надо больше думать. У вас был шанс, когда можно было подумать, когда вы пребывали в телесном храме». Демоны не отрицают, что тело — это некий храм. Падшие вот эти демоны. Потому что они понимают, что это творение Бога. И как бы они там не кричали, а некоторые пытались даже бежать с этого мытарства, но они как бы начинали бегать по кругу. Их начинало ломать. Они понимали, что это их обличает очень сильно. Я видел, как им становилось плохо. И они не знали куда себя деть. Потому что каждый, когда кто-то делал, неважно, это были монашествующие, священники даже, да и обычные люди, потому что когда они занимались вот этим вот, уничтожением, живого организма, то есть мастурбацией вот этой, то некоторые представляли себе даже мальчиков, кто-то девочек маленьких представлял, хотя вроде бы они плотью не заимствовали, да, напрямую не прикасались к этим телам, а вот в мыслях у них вот такое зарождалось, вот так лукавый посылал, им хотелось, потому что у них этого ничего не было, некоторые срывались спустя много лет, уже как бы достигали духовного созерцания и вот так бывало лукавый ломал и такие души, это не шутка, это как есть говорю. Бывало, что и такие сбивались, приходили какие-то мальчики и они на них совращались и тем самым падали. Это было самое страшное, это было так больно смотреть, даже я там кричал, я просил, чтобы мне больше не показывали, но мне сказали, что тебе это надо в жизни. Потому что в будущем ты будешь видеть это всё. Будешь видеть таких людей. Вы понимаете, о чем я говорю. С теми людьми, с которыми мы общались там, да вот. Вот в этом вот небольшом поселке. Вы видели, что Господь творит через меня, не по моей воле. Действительно, просто вижу людей. Хотя этого не хочу. Это потом лучше вырежете, чтобы не знали об этом люди.

И вы знаете, я умолял, чтобы мне не показывали, мне говорят – смотри. И мне прямо как будто глаза раскрывали, там, понимаете, в чем дело, там глаза невозможно закрыть. Я пытался их закрывать, а мне как будто их раскрывали. Там на всё открытыми глазами смотришь. Здесь сидеть можно, закрыв глаза, чтобы что-то не увидеть, а там такого нет. Там, как бы закроешь не закроешь, всё равно все будешь видеть. И вы знаете, это было настолько жутко и страшно, когда мне показывали вот одного священника. И мне сказали, что он попадет в ад. Это настоятель Санаксарской обители, некий Варнава, или как его. Владыка он, вроде в Казахстане, как мне было показано. Но он раньше был настоятель этого монастыря. Он самый что ни на есть блудник. Он очень много совратил мальчиков, Господи, помилуй! Он очень много мальчишек совратил, в том числе даже и монахов, молодых, некоторых, которые в монашество шли юноши. И таких священников, на самом деле, не мало.

Такое же есть, как мне было показано где-то в Татарстане, Раифская Богородицкая обитель, если не ошибаюсь по памяти, как мне было показано, там есть много мальчиков живущих, не знаю, то ли это какой-то детский дом, то ли еще что-то. И вот там есть некоторые священники монашествующие, настоятель, который любит этих мальчиков, как бы внешне на словах, что это Господь их любит через них, а в реальности они их совращают. И вот такие, я видел, что они попадут все в ад, все до единого, не просто в ад попадут, они не пройдут все эти мытарства. То есть, даже если они все и пройдут, то на этом грехе они остановятся, то есть, дальше они ничего уже сделать не могут. Они пока не понимают, что творят. Понимаете, у них просто веры нет, они кощунствуют, они извращают нашу веру, они уродуют нашу веру, они издеваются над самим Христом. Они даже некоторые это понимают и продолжают, а некоторые этого не понимают. И это не только священники, это и в жизни есть такие блудники.

Но видел блудников, которые раскаялись. Есть такие и неважно, они были все там разные совершенно. Есть такие личности, что также и девочек и мальчиков совращали, а есть, которые чисто по женщинам постоянно ходили, гуляли, блудили. Но они покаялись в своей жизни и всю свою жизнь мучились, практически, всю свою жизнь боролись с этим. Я тогда еще спросил Архангела: «Почему же, они же покаялись, почему Господь не отставит их от этого греха». А он говорит: «Он не может оставить, потому что это уже как порок. И поэтому они всю свою жизнь борются с этой страстью». Всю свою жизнь. И кто будет бороться до конца своей жизни, вот тому будет грех прощен. И поэтому этим людям грех прощен. И не важно кого они совращали, детей или взрослых женщин или мужчин, но если они раскаялись в жизни. И потом продолжали всю свою жизнь раскаиваться и бороться с этой страстью, то они достигали этого. Как Мария Египетская, которая блудила всю свою жизнь, она грешила полностью, как только могла, развратный образ жизни вела. И её бес мучил всю её жизнь. Понимаете, бесы они не отстают от человека, если он покается в своем грехе этом. Они еще больше начинают нападать, но когда человек начинает с этим бороться, и стремится бороться, полагая свою волю на нашего Спасителя и Господа нашего в Троице Единой славимой Иисуса Христа, то тогда Господь начинает уже помогать. Он им подсказывает – иди помолись, читай молитву. Поэтому Мария Египетская она бегала по пустыне, как будто её бес гонял. То есть, на самом деле нет, она бежала, поэтому всю свою жизнь, вы знаете её жизнь, как она мучилась, сколько лет она ходила по пустыне, пока бес её не оставил. 18 лет она мучилась, не могла никак, она всё возможное делала, но она молила Христа, она молила о помощи и она заслужила не то что Славы Божией, она заслужила венец Господень. Просто пребывая там, в Царстве Небесном, она устрояла свою жизнь так, что она построила настолько блаженный образ жизни, что там она вместе со всеми Апостолами, приравнена. И приравнена с какой целью, с той целью, чтобы нам показать, и это было открыто святым отцам, чтобы мы понимали, что любой блудник может быть спасен. И потом я говорю, это значит, что поэтому этот грех блуда так высоко, говорю, на предпоследней ступени, а он говорит: «Да. Даже и содомника можно спасти. И блудника можно спасти. Если он раскается. Поэтому этот грех чуть ли не на предпоследней ступени. С той целью, чтобы дать человечеству понять, что как бы он не грешил, что любая душа может спастись».

И вот этот грех, он не настолько опасен. Ну, опасен, конечно, он опасен для нас для всех, это ужасно, потому что вы знаете, я видел как люди мучились, когда их обличали в этих грехах, они с себя кожу рвали, они выворачивали себя чуть ли не наизнанку, и говорили – забери с нас всё, Господь, только не надо дальше продолжать нас обличать в этом, прости нас, кожу отдирали, говорили, забери с нас, Господь, эту кожу, забери, они понимали, что тело пошлое у них было, они бросали куски кожи в этих демонов, которые книгу читали, которые были рядом, но как будто кожа опять появлялась и они опять же её драли на себе¸ понимаете, как будто шкуру с себя снимали, вот настолько их раздирала эта боль. Они орали, плакали, и это так было жутко, и я все это слушал, я вот уши затыкаю, а всё равно всё это слышу, и я уже говорю, стоп, стоп, стоп, уведите меня отсюда, я больше не могу на это смотреть. Вы знаете, это так противно. Это так ужасно. Это так омерзительно. Понимаете. Были многие жизни показаны. Те, которые не спаслись, и которые спаслись. Были показаны жизни, которые вообще в монастырь даже никогда не ходили. Ходили в обычную церковь. Но жили свято и праведно. И у женщины был муж, она жила с ним, и никогда ради удовольствия не занималась с ним. Понимаете о чем я говорю, то есть сексом. Не занималась. Она говорила, что секс – это не от Бога. От Бога может быть только любовь. А любовь, она не ищет своего, как она говорила. Она прожила всю свою жизнь с этим мужем. И у них было пять детей всего. То есть, пять раз она всего с ним была в единой плоти. Всего пять раз. А со всем остальным она боролась всегда. Она говорила, что «меня никогда не покидал этот помысел», - получить удовольствие. Потому что этим удовольствием пала Ева изначально, вот этим плодом яблока.



СКАЧАТЬ основные материалы сайта «Великая Дивеевская Тайна - Пасха Святой Руси»

Преподобне отче Серафиме, моли Бога о нас!

При полной или частичной перепечатке материалов сайта следует указать источник


Яндекс.Метрика